Русь Православная


номер 79-80 за январь-февраль 2004 г.

Неслучайные беседы

Жанна БИЧЕВСКАЯ
 

"Я ПОЮ НЕ ДЛЯ НИХ..."
О проблемах Русского Возрождения, о друзьях и врагах Святой Руси,
о силе Божией и немощи человеческой
певица беседует
с главным редактором 'Руси Православной' Константином Душеновым

 

 

НА ВОЙНЕ КАК НА ВОЙНЕ

 

К. Душенов: Жанна, своей широкой известностью Вы в первую очередь обязаны русским народным песням, исполнение которых поставило Вас - еще в советскую эпоху - в ряд наиболее популярных певиц страны. Один 'Черный ворон', ставший в Вашем исполнении поистине всенародным любимцем, чего стоит! Сегодня, наверно, ни одно застолье в России не обходится без его исполнения. И таких примеров много:
Однако в последние годы Вы как-то ушли в тень. Вас почти не видно на ТВ, и вообще СМИ редко о Вас упоминают, хотя страна по-прежнему любит и поет Ваши песни. Да и репертуар Ваш изменился: сегодня в нем преобладают песни национально-патриотического и духовного, православного содержания. Скажите, с чем связана такая эволюция?

Ж. Бичевская: Какая эволюция, Константин, о чем Вы говорите? Моя Родина разорена, мой народ растерзан, оболган и обманут, моя страна изнывает под игом разномастной нечисти, высасывающей ее последние жизненные соки. Сердце кровью обливается, глядя на всю эту вакханалию бесстыдства, алчности, предательства. Правду песня говорит: 'В князья норовят, кто в холопах седины стяжал'. Какая тут эволюция, когда на твоих глазах убивают Россию, губят русский народ, в угоду бесовским глобальным проектам предают его вековые святыни!

Я пою о том, о чем не могу молчать. О том, что мне велит моя совесть. О том, о чем скорбит и плачет моя бедная душа. Вот и вся моя 'творческая программа'. Настоящая русская, истинно народная песня всегда была такой. Россия поет не голосом, сердцем. У кого еще душа жива, тот эту песню слышит, тот и подпевает ей, в меру своих сил. А у кого она омертвела от лицемерия да корыстолюбия, кто сердечно глух и для веры мертв, тот, конечно, этой великой, вековой Русской Песни слышать не может.

Точнее говоря, слышать-то он ее слышит, но вызывает она в нем прямо противоположные чувства: вместо любви - злобу, вместо милосердия - ожесточение, вместо мужества - страх, вместо благочестия - ненависть и хулу. Причем преобладающими чувствами являются ненависть и страх. Именно поэтому сегодня вся русская культура - не только музыкальная - подвергается страшным гонениям. Наши враги всячески стремятся уничтожить ее, а поскольку это сделать никак не удается, то стараются подменить в глазах народа своей пошлой, отвратительной, бездарной подделкой.

Я, слава Богу, телевизор не смотрю и газеты редко читаю. Но достаточно включить этот 'телеящик' хотя бы раз, чтобы все сомнения исчезли: нам, русским, в собственной стране объявлена настоящая война на уничтожение! И ведут ее русоненавистники постоянно, целенаправленно и беспощадно. А Вы говорите, я 'ушла в тень'.

Эту информационную 'тень' нам всем, представителям русской нации, культуры и веры, создают совершенно сознательно. А меня - особенно после выхода в 2001 году диска под названием 'Мы - русские!' и вовсе в 'неприкасаемые' записали. Вы сами-то гляньте на экран: там же русское лицо увидеть - редкость!

Меня тут как-то с год назад решился один известный телеведущий пригласить в свою ночную программу на первый канал. Я пришла, спела пару песен. Всего одну из них - со своего 'русского' диска. И что бы Вы думали? Программу эту вскоре закрыли!

 

К. Д.: Я видел ту передачу. Смотрел и дивился: как это Вас туда допустили? Да и Ваша 'пара песен' оказалась совсем не простой. Та самая 'одна из них', сколько я помню, называлась 'Куликово поле', и в ней были такие слова:

Как же мы дожили до такого, братцы?

Стонет Русь под гнетом черной саранчи!

Значит, снова русским за оружье браться,

Значит, снова русским, доставать мечи.

 

Разольется сила молящего гласа,

Прогремит над миром славный русский час.

Выйдет рать святая вновь со стягом Спаса

Куликово поле впереди у нас

 

В страшный час расплаты брови мы нахмурим

И смахнем вампиров с тела всей страны,

И не будет зоны, лагерей и тюрем

Все враги России будут казнены.

 

Мы врага настигнем по его же следу

И порвем на клочья, Господа хваля.

Куликово поле - русская победа,

Куликово поле - русская земля.

 

Возвратит Россия русский Севастополь,

Станет снова русским полуостров Крым.

Наш Босфор державный, наш Константинополь,

И святыня мира - Иерусалим:

Так что я лично, например, вовсе не удивляюсь, что после этого у ведущего программы начались неприятности. Кстати, ведь слова этой песни написал Ваш муж, Геннадий Пономарев. У него-то хоть неприятностей не было?

 

Ж. Б.: Да дело тут вовсе не в том, у кого какие неприятности и почему. Дело в том, что мы с Вами давно уже находимся на войне. На войне самой страшной, самой беспощадной: войне этнической и одновременно духовной. Здесь цель - не завоевание территории, не политические выгоды, а полное и окончательное истребление народного духа, самой главной основы всей русской жизни. Да и вообще всех нас, русских, как нации. А раз уж Вы упомянули моего мужа, скажу, что у него есть еще песня, в которой так и говорится: 'На этнической войне нет капитуляций, на этнической войне пленных не берут: На этнической войне убивают души, чтобы руки и мозги сами отнялись:'.

Чем быстрее мы все это поймем - тем лучше:
 

 

ПРОКЛЯТИЕ

 

К. Д.: И все же, как сказывается на Вас, на Вашем творчестве то давление, которому Вы подвергаетесь со стороны врагов русского возрождения? Ведь они нынче обладают огромной мощью, к их услугам и финансовые, и информационные, и административные ресурсы страны:

 

Ж. Б.: Да никак не сказывается. Я пою не для них. Я пою для моего распятого, ограбленного, истерзанного народа. Пою о том, как я люблю его, о том, что еще не все потеряно, что стоит нам прозреть духовно, вернуться к своим исконным православным святыням, припасть к благодатным источникам Русской Церкви, раскаяться в грехах, взмолиться ко Господу Богу, Которого мы безмерно прогневали своими непотребствами и изменами - и вся эта бесовская паутина, которой опутали нас враги России, ненавистники Святой Руси, разлетится в клочья.

Но на нас, увы, до сих пор тяготеет давнее проклятье за тяжкий нераскаянный грех. Цареотступничество - его страшные духовные плоды мы пожинаем до сих пор. И пока не осознаем своей вины, не исповедуем ее пред Богом и людьми, пока не исправим своего жития - тщетны будут все попытки возродить Россию.

Святитель Иоанн Максимович еще в 1938 году говорил: 'Великий грех - поднять руку на Помазанника Божия. Не остается неотмщенной и малейшая причастность к такому греху: Общественные и военные вожди отказали в верности царю, а народ явно и шумно приветствовал совершившееся, нигде громко не выразив своего несогласия с ним.

Таким образом, нашедшее на Россию бедствие является прямым последствием тяжелых грехов и возрождение ее возможно лишь после очищения от них. Однако до сих пор нет настоящего покаяния. Не высказывая прямого осуждения февральской революции 1917 г., восстания против Помазанника, русские люди продолжают участвовать в грехе:'

Нам важно понять: своей мученической смертью Государь искупил страшный грех народной измены роду Романовых, в верности которому наши предки клялись на великом Соборе 1613 года. После этого на протяжении нескольких веков шло постепенное расцерковление народа, апогеем которого явилась измена Царю и - как Божья кара - крушение российского государства.

Грех этой измены ныне прощен. Государь император Николай II добровольно стал искупительной жертвой за всех нас. Но мы, маловерные, по своей душевной лености, по 'упертости' нашей, до сих пор не желаем понять суть царского подвига и усвоить себе то прощение, которое Государь исходатайствовал нам у Господа своей мученической смертью.

 

К. Д.: Но ведь теперь Царь-мученик Николай II и Его Семья уже официально прославлены не только Зарубежной Церковью, но и Московской Патриархией в лике святых:

 

Ж. Б.: Да, но прославление это какое-то странное, я бы сказала - стыдливое. Церковные чиновники канонизировали их почему-то как страстотерпцев, хотя любому чуткому сердцу очевиден искупительный характер царского подвига. О ритуальном характере их убийства не сказали ни слова. Да и того всенародного покаяния, о необходимости которого говорит святитель Иоанн, тоже пока незаметно:

А между тем антимонархичекие настроения продолжают процветать даже в среде значительной части нашего духовенства. Но ведь отвержение православного учения о священной монархии - это скрытая форма богоборчества!

Россия - особая страна. Ее грандиозную имперскую государственность невозможно воссоздать на шатком фундаменте идеологических мифов, исторических умолчаний и искажений. Бог поругаем не бывает! А у нас до сих пор - и даже в церковной среде - процветают либеральные идеи, несовместимые ни с православной верой, ни с исконным русским монархизмом.

Ведь самодержавие - это не социальный строй, не политическое устройство. Это состояние народной души, сознающей и исповедующей, что Русский Царь, наш национальный и державный вождь - это от Бога! Именно он - и только он один, Помазанник Божий - способен удерживать мировое зло, издавна рвущееся к абсолютной власти!

Святитель Феофан Затворник еще в XIX веке предупреждал: 'Антихрист явится, как учат Святые Отцы, не против воли Божией. В Божиих планах мироправления стоит он, и подготовка его, и последствия того. Не потому так, чтобы Бог хотел такого зла людям, а потому, что люди сами себя до того доведут. Этот момент отодвинул Бог до последней возможности, ожидая, не явится ли еще кто желающий к Нему обратиться. Когда уже некого будет ждать, примет Господь удерживающую руку, зло разольется, и антихрист явится:

А так как антихрист главным делом своим будет иметь отвлечение всех от Христа, то он и не явится, пока будет в силе царская власть. Она не даст ему развернуться и помешает ему действовать в его духе. Вот это и есть 'удерживающее': Царская власть, имея в своих руках способ удерживать движения народные и держась сама начал христианских, не допустит народу уклониться от них, будет сдерживать его.

Когда же всюду заведут самоуправство, республики, демократию, коммунизм - тогда антихристу откроется простор для действования'.

К несчастью, тогда русские люди не прислушались к этим пророческим предупреждениям угодника Божьего. Прислушаемся ли мы к ним теперь, после стольких бед и страданий, которые обрушились на нас за последнее столетие?:
 

 

'ЯКО С НАМИ БОГ':

 

К. Д.: Наше нынешнее духовное невежество неудивительно, ведь многие десятилетия мы были практически полностью отсечены от нашей духовной и державной традиции, от мало-мальски правдивой информации о русской истории:

 

Ж. Б.: Это не оправдание. Кто хочет, тот всегда может найти свой путь к Богу, к Истине, к родным корням. Было бы желание: Хотя в чем-то Вы, конечно, правы. Чудовищная ложь о русской истории многим изуродовала души.

Самый, пожалуй, наглядный тому пример - Иван Грозный. Этот святой государь - настоящий образец истинно русского, православного самодержца, мужественного воина Христова, ведущего, по его собственному признанию, свою державную брань 'во имя Бога Всемогущего, Того, Кем живем и движемся, Кем цари царствуют и сильные глаголют' (это из письма Иоанна к изменнику Курбскому):

Наш выдающийся современник, митрополит Иоанн (Снычев) писал: 'Грозный стал первым Помазанником Божиим на русском престоле: Его воцарение стало переломным моментом: в становлении русского народа - как народа-богоносца, русской государственности - как религиозно осмысленной верозащитной структуры, русского самосознания - как осознания богослужебного долга, русского мироощущения - как молитвенного чувства промыслительности всего происходящего. Соборность народа и его державность слились воедино, воплотившись в личности Русского Православного Царя: Но высокий дух и воцерковленное мироощущение Иоанна оказались не по зубам осуетившимся историкам:'

 

К. Д.: Справедливости ради стоит сказать, что некоторые историки все же сумели избежать такого ослепления. Например, Егор Иванович Забелин, выдающийся исследователь русской старины, писал в своих дневниках в 90-х годах XIX венка: 'Каждый разумный историк встанет на сторону Грозного, ибо:он содержал в себе идею, великую идею государства, во имя которой и буйствовал. А около него - какие низменные, своеличные идеи: грабежа, захвата т.д. Они, окружавшие его идею, ничтожны:

Иван Грозный - воспитанник Библии: Библия являет опричнину Грозному...

Грозный критиковал, хотя и со смирением, безобразие церковных порядков и земских порядков - все, что на здравый смысл являлось непорядочным. Но он критиковал в пределах установленной церковности, авторитет которой для него был свят и непоколебим'

 

Ж. Б.: Такое глубокое проникновение в смысл царского служения Иоанна IV - редкость, исключение на общем фоне разнузданной клеветы, которая веками лилась на него и его дело. В результате Иоанн IV - великий созидатель Руси, бывший, к тому же, примером высочайшего личного благочестия - до сих пор предстает в трудах нынешних горе-историков в лживом облике кровавого тирана и сыноубийцы: А ведь, по вещему слову святителя Тихоня Задонского, цари - Помазанники Божии - вообще не подлежат земному суду.

А на Грозного царя продолжают клеветать. И все это за то, что он первым подал всем русским людям пример, как нам надо

 

Два заповедные дела вершить

В помощь взывая Пречистую Мать:

Как православному Богу служить

И как России врагов истреблять

 

Именно за это русофобы и поливают его грязью уже несколько столетий подряд.

И нынешние ненавистники Грозного царя - из той же компании. Все они страшно боятся, что русский человек вот-вот очнется от дурмана, от того морока, который они на него навели. Очнется, оглянется - и ужаснется тому, что сделали эти упыри с его Отечеством - со Святой Русью, которой от века промыслительно предназначено быть подножием престола Господня. Ужаснется, раскается в своем длительном бездействии, в своей излишней доверчивости и душевной лености, и - возьмется за меч, чтобы очистить нашу землю от той нечисти, что скопилась тут за время его долгого сна:

 

К. Д.: Но не только светские историки рисуют портрет Грозного царя самыми мрачными красками. В православной, церковной среде тоже нет единства взглядов на эту проблему. Во всяком случае, различные представители 'православного либерализма', о которых Вы уже упоминали, не раз заявляли, что почитание Грозного царя как угодника Божия - удел 'экстремистов и маргиналов', или даже откровенных провокаторов, пытающихся внести смуту в среду православной общественности.

 

Ж. Б.: Такие обвинения совершенно беспочвенны. К счастью, тех, кто сознательно порочит память святого царя Иоанна IV, в православной среде не так уж много. Просто они ведут себя очень шумно, много скандалят, вот и создается впечатление, что 'имя им - легион':

 

К. Д.: Я, честно говоря, даже не понимаю, что тут обсуждать? Церковное вероучение гласит, что для прославления угодника Божия необходимо два условия: народное почитание и знамения силы Божией, явленные через него людям. В случае с Иваном Грозным и того, и другого - в избытке. Есть иконы Иоанна IV, писанные еще в семнадцатом веке, есть новонаписанные и ныне мироточащие, есть его образ в Грановитой палате Кремля, есть очевидное и массовое почитание его в среде православного народа. Есть даже древние святцы, где он упоминается, как уже чтимый угодник Божий. На эти святцы - уже в конце XIX века - ссылался в своих работах известный русский церковный историк профессор Голубинский: Чего еще надо?

 

Ж. Б.: Смотря кому. Нам, русским, надо как можно скорее свое духовное прозрение превратить в действия, конкретные действия по освобождению нашей порабощенной страны. Им, поработителям нашим - надо любыми способами задушить это начинающееся русское возрождение в самом зародыше: В этом суть противоборства. В том числе и вокруг личности Грозного царя.

 

К. Д.: И кто же победит в этой борьбе?

 

Ж. Б.: Конечно, мы. Сказано же: 'Разумейте, языцы, и покоряйтесь, яко с нами Бог'.
 

 

'БОЖЕ, ХРАНИ СВОИХ'

 

К. Д.: Помимо Иоанна IV в Ваших песнях присутствует еще один весьма противоречивый персонаж отечественной истории, вокруг которого тоже кипят страстные споры.

 

Ж. Б.: Вы имеете в виду Григория Ефимовича Распутина?

 

К. Д.: Да, его:

 

Ж. Б.: Это тоже вопиющий пример целенаправленного искажения русской истории, обильно приправленного русофобией и антихристианством. Настоящий, исторический Распутин - это духовный старец, друг и молитвенник Царя-мученика Николая II. Он был из тех угодников Божиих, которых еще преподобный Исаак Сирин называл 'блаженными невеждами в слове, просвещенными ведением и глубокими сердцем'. Этот простой, почти неграмотный сибирский мужик достиг своим подвижническим житием таких духовных высот, стяжал такие благодатные дары Божии, что он достоин встать в один ряд с самыми любимыми и высокочтимыми русскими святыми.

 

К. Д.: К сожалению, сегодня мало кто это понимает:

 

Ж. Б.: Ну, во-первых, почитателей Григория Ефимовича не так уж мало. И становится все больше. А во-вторых, тут дело вовсе не в числе. В духовных вопросах арифметика неприменима. Обратите внимание: чем больше наши враги хулят старца Григория и Грозного царя, тем больше их благоговейных почитателей обретается по всей Руси Великой.

Я, например, считаю бессмысленными все эти громогласные споры вокруг канонизации. К чему они? В православном учении ничто не препятствует человеку молитвенно почитать угодника Божьего, о святости которого ему свидетельствует собственная совесть. И публично выражать свою точку зрения, исповедовать свою веру, просвещать других. Еще апостол Павел говорил, что 'каждый поступает по удостоверению собственной совести'. А остальное надо предоставить времени и суду Божиему. Господь Сам нас рассудит, и суд Его будет праведен и нелицеприятен:

Ну, и в-третьих, такой накал полемики вокруг Грозного и Распутина связан еще и с тем, что значительная часть нашей нынешней православной общественности получила основы своих исторических знаний еще в советские времена. Поэтому многие заблуждаются не по злонамеренности, а вполне добросовестно.

 

К. Д.: Это не меняет дела:

 

Ж. Б.: Нет, меняет! Это дает надежду, что знакомство с истинным обликом блаженного старца, с его духовным наследием может серьезно изменить положение дел. Ведь достаточно непредвзятому взгляду ознакомится с письмами, поучениями, автобиографическими записками Распутина (я уж не говорю о многочисленных документальных свидетельствах исцелений по его молитвам), как становится совершенно ясной вся лживость возводимых на него обвинений. В беседах и записях старца столько неподдельной, чистой любви, столько скорби за Россию, столько горячей веры и покорности святой Божией воле, что самое черствое сердце дрогнет, читая:

Другое дело, что недобросовестные критики часто использовали в своих целях малограмотность Распутина. Они специально публиковали его записки и письма со всеми орфографическими ошибками, без исправлений, без знаков пунктуации, чтобы вызвать у современного читателя (находящегося в плену у ложного тезиса, будто духовность невозможна без учености) антипатию к 'безграмотному мужику и авантюристу'. Но мы-то, православные, знаем, что наш мирской 'лжеименный разум' не способен познавать Истину, для приближения к которой нужна не логика, а вера, искренность и простота.

А они недвусмысленно свидетельствуют в пользу высокой духовности Распутина. Сами посудите: вот он пишет в своих заметках в 1915 году:

'Более скорби нет, когда своя своих не познаша: Вот и меня враг всячески искушает. Все близкие убоялись зла и оставили на посмешище меня. Пишут гадкую сторону по наученью беса и от зависти: Рассуди меня, Господи, ибо я ходил в непорочности моей, уповая на Господа, не колеблясь. А несчастный бес восстановил всю Россию, как на разбойника!

Боже, дай сил! Друзи мои, где вы?.. Тяжелые переживаю напраслины. Ужас, что пишут. Господи, дай терпения и загради уста врагам!.. Страдания от своих более всех касаются сердца. Теперь копьями не мучат, а словами - больнее стрелы.

Боже, храни Своих!'

Или вот еще:

'Любовь - большое страдание, не может кушать, не может спать. В любви человек ошибается, но за то страдает и страданием искупает свои ошибки. Если бы человек мог, любя, все время чувствовать Бога - была бы радость и сияние. А выходит не радость, а мука без конца:

А все-таки любовь! Если б Бог научил любить светло и ясно, чтобы мог человек послать любимому за тысячу верст всякого благополучия. А это есть: если любишь сильно, любимые счастливы! Им сама природа и Бог дают счастье

Боже, истины Творец! От любви Твоей, единым Духом, все от Тебя создано. И Я - Твой! Научи меня любить, тогда мне и раны в любви нипочем, и страдания будут приятны. Не оставь меня, а дай мне ясно и ярко любить. Знаю, в любви есть страданье и мученье и я дух мой отдаю в руки Твои. Не отними от меня любви. Я страдаю и люблю, хотя и ошибаюсь, но по слову Апостола "любовь покрывает множество грехов"'

Продолжать можно долго. Но, думаю, для православного сердца сказанного вполне достаточно, чтобы глубоко задуматься:
 

 

НА ПЕРЕЛОМЕ

 

К. Д.: С такими взглядами Вам, наверно, трудно жить в нашей современной действительности - рациональной, политизированной, бездуховной?

 

Ж. Б.: Ничуть. То есть, конечно, трудностей много. В Писании ведь сказано, что 'тесны врата и узок путь'. Но трудности эти иного характера. С ними сталкивается любой православный человек, старающийся управить свою жизнь в соответствии с Заповедями Христовыми. Спаситель не зря сказал нам: 'В мире скорбны будете:'

Что касается политики, то ей я, правда, мало интересуюсь, но могу сказать, что целый ряд тенденций, которые я наблюдаю сегодня, внушают оптимизм.

 

К. Д.: У нас в редакции недавно состоялся Круглый стол на тему 'Религия и политика'. Так вот, на нем разгорелась довольно жаркая дискуссия. Некоторые участники утверждали, что Россия фактически вступила на путь национального возрождения, другие же, наоборот, резко критиковали нынешнее руководство страны:

 

Ж. Б.: Повторяю, я не сильна в этих вопросах. Но как человек православный вижу, что мы живем в сложное, переломное время. С одной стороны - пресловутые индивидуальные номера, попытка пометить всех нас электронной печатью с тремя шестерками, нищета, нравственная деградация общества. А с другой - укрепление государства, возрождение армии, борьба с олигархами, пробуждение русского самосознания, русского духа.

Какая чаша весов перевесит? Не знаю: Верю, что Господь не оставит нас в беде, если мы сами не опустим руки и не сдадимся. Как поется в песне - 'можно русского убить и ограбить можно, но Россию никогда им не покорить':Так что я стараюсь поддерживать все те здоровые ростки, которые сегодня появляются, и по мере сил противостоять нашим врагам, плотским и бесплотным.

Что до остального, на то - воля Божия!

  *   *   *