Русь Православная

? 1 за июль 1997 г.

СОДЕРЖАНИЕ

Слово к читателям
"РП". О времени и о себе


Невзирая на лица
"РП". Нам есть о чем поговорить


Документы времени
Митрополит ИОАНН. "Так дальше продолжаться не может". Письмо к Патриарху АЛЕКСИЮ
Приложение 1. Документ Канцелярии МП номер 2774 от 23.09.92


Проблемы церковной жизни
К. Душенов. Никто, как Бог...


На злобу дня
М. Гринько. Христоненавистники. Богословие предательства


Кто разрушает Русскую Церковь?
Н. Селищев. Властители из Фанара


Русский мир
А. Буркин. Православие и русская экономика


Новости
Краткие сообщения. Благотворный прецедент. Беспочвенные претензии. Активность католиков. Стратегия США для РПЦ. Откровения ВСЦ



Слово к читателям

О ВРЕМЕНИ И О СЕБЕ

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
Всечестные отцы, братья и сестры! Перед вами - первый самостоятельный выпуск "Руси Православной".
О независимой православно-патриотической газете мы мечтали с 1993 года - с того момента, как приснопамятный митрополит Иоанн (Снычев) благословил нас на ее создание. Тем не менее долгое время нам пришлось выходить в качестве приложения к другим изданиям. Но теперь, с надеждой на всесильную помощь Божию, мы начинаем свой самостоятельный путь.
Братья и сестры! На этом пути нам будет жизненно необходима ваша помощь, ваш совет и ваши молитвы. Жизнь доказывает: без откровенного, конструктивного диалога, без широкой дискуссии о главных проблемах русского духовного возрождения, о нынешней внутрицерковной ситуации - мы не сумеем одолеть бушующую в России смуту. В такой борьбе каждому православному необходима ясная, продуманная и выстраданная позиция. Поэтому мы сочли необходимым в первую очередь опубликовать материал, являющийся своего рода манифестом редакционного коллектива "Руси Православной".
Господи, благослови!

ЦЕРКОВЬ И ОБЩЕСТВО

Отечественная история свидетельствует, что соборные механизмы русской жизни, равно церковной и государственной, веками служили незаменимым орудием сохранения всенародного, общенационального единства в самые тяжелые времена внутренних нестроений и смут, мятежей и социальных катаклизмов. Животворящие начала русской соборности коренятся в благодатной силе Слова Божиего, провозглашающего "снисхождение друг ко другу любовью со всяким смиренномудрием и кротостью и долготерпением", в старании "сохранять единство духа в союзе мира" (Ефес. 4, 2-3).
В современной России только Православная Церковь, несмотря на все гонения и наветы, смогла сохранить в своем бытии благодатный дух соборности. Сумеет ли она сегодня - преодолев тяжелейшее многодесятилетнее наследие богоборческого тоталитаризма - восстановить соборные начала русского православия во всей их спасительной полноте? Сумеет ли подать благой пример соборного врачевания внутренних недугов российскому обществу - обезверившемуся, лишившемуся цели и смысла существования; российскому государству - ослабевшему в борьбе амбиций и междоусобных распрях?
На исходе ХХ столетия от этого зависит слишком много: судьба самой РПЦ, жизнеспособность Православия во всем мире, будущее России и русского народа...

ВНУТРИЦЕРКОВНЫЙ ДИАЛОГ

Сегодня всеобъемлющий - экономический, политический, нравственный и мировоззренческий - кризис терзает Россию с невиданной силой. Кто же, как не Церковь, сия соборная совесть народа, способен в такой ситуации объединить людей вокруг высших идеалов и святынь, придать их жизни непреходящий, вечный смысл, указать великую надмирную цель! Однако для этого сама Церковь должна быть духовно и нравственно здорова, хорошо управляема и, главное, внутренне едина перед лицом агрессивного богоборческого мира - мира грехов, пороков и страстей.
Однако пока такого единства нет: острый конфликт либералов и консерваторов, обновленцев и традиционалистов омрачает церковную жизнь. Целенаправленно и неуклонно преодолевая страшные последствия государственного богоборчества, сегодня Русская Церковь подошла к той черте, когда не замечать далее этого зреющего раскола больше нельзя. Его необходимо уврачевать. Но сделать это можно лишь с помощью решительного применения соборных средств, на пути безусловного сохранения чистоты и неповрежденности православного вероучения.
В современных условиях всеобъемлющей смуты окончательное решение проблемы духовного единства русского православия займет не год и не два. И важнейшую роль в таком святом деле призваны сыграть православные средства массовой информации.
Никакая газета, безусловно, не сможет разом решить все задачи, стоящие сегодня перед Русской Церковью. Но мы должны хотя бы очертить круг этих задач, гласно обсудить их и наметить пути решения. Если же такого обсуждения не произойдет, если высшие иерархи не прислушаются к голосу церковных "низов", если откровенный и нелицеприятный обмен мнениями внутри РПЦ будет заменен бранью и навешиванием ярлыков - положение лишь обострится. Получится, что архипастыри, удовлетворившись достигнутым политическим влиянием и материальным достатком, живут какой-то собственной, особой, оторванной от народа жизнью, предоставив миллионам своих прихожан самостоятельно разбираться во всех хитросплетениях сложившейся ситуации.
Худшего, более страшного и пагубного разделения между пастырями и паствой даже представить себе нельзя! Мы, со своей стороны, готовы сделать все, чтобы его не произошло.

ПОВЕСТКА ДНЯ

Опыт жизни и читательские письма, приходящие в "Русь Православную" со всех концов России, свидетельствуют, что главных "болевых точек" современной церковной жизни насчитывается сегодня по меньшей мере восемь. Вот они:
1. Участие Русской Православной Церкви в экуменическом движении и членство во Всемирном Совете Церквей;
2. Православно-католические отношения;
3. Готовящаяся за спиной церковного народа уния с еретиками-монофизитами;
4. Активизация в РПЦ обновленческой ереси;
5. Проблемы церковного управления;
6. Канонизация Царя-Мученика Николая II;
7. Церковно-государственные отношения;
8. Подготовка Поместного Собора.
Приведенный перечень включает в себя лишь основные вопросы современной церковной жизни, разногласия по которым требуют скорейшего обсуждения. При этом мы сознательно не упоминаем об огромном комплексе организационных, кадровых и миссионерских проблем, которые стоят перед РПЦ. Все они, безусловно, существенны, но пути их разрешения более или менее ясны, и, что еще важнее, в этих областях сложилось прочное общецерковное согласие, которое служит гарантом их успешного решения. Сейчас же, думается нам, было бы правильнее сосредоточиться на решении вопросов, грозящих подорвать внутренне единство Русской Церкви...

ПРОБЛЕМЫ ЭКУМЕНИЗМА

Нежелание подавляющего большинства рядовых мирян и священников участвовать в каких бы то ни было экуменических экзерсисах столь же очевидно, сколь и стремление аппаратной верхушки РПЦ сохранить для себя выгодную кормушку "межхристианского взаимодействия".
Документы прошлого Архиерейского Собора, состоявшегося в декабре 1994 года, лишь скромно констатировали "неоднозначное отношение к участию нашей Церкви в экуменическом движении и межхристианских организациях". В результате Собор принял никого ни к чему не обязывающее решение о "необходимости подвергнуть все вопросы, беспокоящие духовенство и мирян нашей Церкви в связи с ее участием в экуменическом движении, тщательному богословскому, пастырскому и историческому анализу и переосмыслению". И тут же фактически снял все ограничения на церковное общение с еретиками, постановив, что "вопрос о целесообразности или нецелесообразности совместных молитв с инославными предоставляется на благоусмотрение епархиальных архиереев".
Результаты такого "благоусмотрения" различных архиереев-экуменистов - от митрополита Петербургского Владимира (Котлярова) до епископа Новосибирского Сергия (Соколова) - хорошо известны и не требуют комментариев.
На очередном Архиерейском Соборе 1997 года экуменическое лобби опять сделало все для того, чтобы сорвать принятие каких бы то ни было конструктивных решений. Доклад руководителя синодальной Богословской комиссии митрополита Филарета (Вахромеева), полный лукавых умолчаний, преднамеренных передержек и даже откровенной неправды звучал как неприкрытая апология экуменизма. Учитывая, что антиэкуменические настроения рядовых верующих совершенно очевидны, такую позицию московского священноначалия трудно расценить иначе, как откровенный вызов церковному общественному мнению.
Что ж, мы принимаем этот вызов и попробуем доказать православной общественности, что до тех пор, пока мы не заставим высокое церковное начальство считаться с мнением рядовых прихожан, - бессмысленно рассчитывать на сколь-либо существенное оздоровление внутрицерковной атмосферы.

УНИАТЫ

Угроза православию со стороны унии - то есть попытки определенной части церковных либералов "объединить" церковное вероучение с заведомыми ересями - существует сегодня в двух видах. Во-первых, это уния с католицизмом и, во-вторых, - уния с монофизитами.
Православно-католические отношения.
Здесь обсуждение должно идти как минимум по двум насущным проблемам: о деятельности прокатолически настроенных представителей православного духовенства и о так называемом "Баламандском соглашении" 1993 года, подписанном от лица Московской Патриархии игуменом Нестором (Жиляевым).
Что касается "православных католиков", то клирики, исповедующие такого рода ересь, сегодня чувствуют себя весьма вольготно в целом ряде епархий, находящихся под управлением епископов-экуменистов. Так, например, уже почти год верующие Царского Села (Петербург) требуют покаяния от нескольких священников, открыто причащавшихся с католиками. Однако под высоким покровительством митрополита Петербургского Владимира (Котлярова) эти вероотступники чувствуют себя в полной безопасности.
Что до "Баламандской унии", то последний Архиерейский Собор принял, наконец, решение дать оценку этому документу. Теперь дело православной прессы - максимально подробно осветить ход такого обсуждения (если оно состоится). Если же нет - самостоятельно провести его на своих страницах. В любом случае подобные проблемы должны находиться всегда в центре внимания православной общественности. Сегодня это единственная гарантия, что кто-либо из церковных начальников не попытается протащить очередное "братское соглашение" с инославными за спиной народа церковного.
Сказанное в равной степени касается и проблемы отношений с так называемыми "дохалкидонскими" церквами, а проще сказать - с еретиками-монофизитами, отпавшими от Православия еще в V веке вследствие отвержения ими IV (Халкидонского) Вселенского Собора.
Этот вопрос уже обсуждался на Архиерейском Соборе 1994 года, но своего окончательного разрешения так и не получил. Видно, почувствовав что-то неладное, архиереи постановили "считать благовременным общецерковное обсуждение этого вопроса". Впрочем, их неуверенность понятна, ибо митрополит Филарет (Вахромеев), представлявший доклад на эту тему, говорил о документах, которые подавляющее большинство епископов даже в глаза не видели.
Та же история с пугающей точностью повторилась вновь на Архиерейском Соборе 1997 года. Вновь митрополит Филарет всеми силами проталкивал унию с еретиками-монофизитами, вновь провинциальным архиереям в зале заседаний была отведена оскорбительная роль статистов, вновь обсуждаемые документы оказались засекречены столь тщательно, что ни одному епископу не удалось получить их на руки.
А между тем эти документы достойны самого пристального внимания. Так, один из них - соглашение Совместной комиссии по богословскому диалогу, подписанное в Женеве в начале ноября 1993 года, предполагает - ни больше ни меньше - признание монофизитов "сохранившими подлинно православное учение". Неудивительно, что задуманное "общецерковное обсуждение вопроса" за прошедшие два года так и не началось: ни один печатный орган Московского Патриархата не решился вынести текст такого соглашения на всеобщее обозрение.

АКТИВИЗАЦИЯ ОБНОВЛЕНЧЕСКОЙ ЕРЕСИ

Сегодня наиболее распространенными проявлениями такой ереси являются непрекращающиеся призывы ввести новый календарный стиль и перевести богослужение на современный русский язык. За последние годы эта проблема, надо признать, обсуждалась в Церкви много и часто, хотя окончательно так и не была решена.
Достаточно указать хотя бы на две конференции, состоявшиеся в Москве в 1994 году. Одна из них, под названием "Православие и обновленчество", состоялась 16-17 февраля и, осудив обновленческие поползновения, призвала "всех верных чад Русской Православной Церкви ревностно хранить православную веру и свято блюсти отеческие традиции". Другая, прошедшая по благословению самого Патриарха Алексия II 15-16 ноября, называлась "Единство Церкви" и, подобно первой, признала обновленчество опаснейшим явлением, грозящим единству Церкви тяжелейшими испытаниями.
Казалось бы, все ясно: обновленчество - ересь, против которой недвусмысленно выступают как рядовые прихожане, так и Патриарх Московский и Всея Руси. Однако, несмотря на все громогласные обличения, обновленцы ничуть не утихли. Более того, недавняя откровенно обновленческая проповедь митрополита Владимира (Котлярова) в Иоанновском монастыре показала, что они перешли в решительное наступление. И похоже, даже Патриарх не в силах (а может быть - не желает?) призвать их к порядку.
Впрочем, это неудивительно, если вспомнить, что к обновленцам принадлежит ряд весьма влиятельных лиц из состава высшего священноначалия РПЦ, например - постоянные члены Священного Синода митрополиты Кирилл (Гундяев) и Владимир (Котляров). Как ни крути, а опять получается, что без мобилизации православной прессой церковного общественного мнения эту проблему решить не удастся.

ВЛАСТЬ И СОВЕСТЬ

Система церковного управления в том ее виде, в каком она существует сейчас, есть один из самых откровенных пережитков советской эпохи. Эта система сосредотачивает все рычаги общецерковной власти в руках чрезвычайно узкого круга пожизненных членов Священного Синода, доверенных лиц Патриарха и высших чиновников аппарата Московской Патриархии. При том от принятия решений по самым насущным проблемам церковного бытия оказываются напрочь отсечены не только рядовые миряне и священнослужители, но и епархиальные архиереи, зачастую вынужденные на Соборах играть роль бесправной массовки, безропотно одобряющей постановления, заранее принятые в тесном кругу "посвященных".
Вполне очевидно, что выборность и сменяемость синодалов, их реальная подотчетность Архиерейскому Собору - это те первоочередные меры, которые просто необходимы для оздоровления церковной жизни. При том, однако, важно соблюсти два условия. Во-первых, сохранить Патриарха в качестве реального возглавителя Церкви, обладающего всеми необходимыми полномочиями для управления ею, т.е. не скатиться к вульгарной "демократии", при которой истина определяется арифметическим большинством голосов. Во-вторых, выработать дееспособный механизм участия мирян в делах церковного управления.
Весьма ценным в этой области может оказаться опыт Поместного Собора 1917-18 годов, который дела "общественно-церковного характера" отнес к компетенции Высшего Церковного Совета, состоявшего в своей значительной части из обычных мирян. Впрочем, не будем наивными: вопросы реорганизации церковного управления станут в ближайшие годы, несомненно, одними из самых искусительных и сложнорешаемых...

ЦАРЬ-МУЧЕНИК

Сегодня уже все понимают, что вопрос о канонизации последнего русского царя выходит далеко за рамки чисто церковной проблематики. Митрополит Иоанн (Снычев) еще в 1992 году писал: "При странных, таинственных обстоятельствах совершено зверское убийство царской семьи. Зачем? Ведь никакой политической опасности царственные узники к тому времени уже не представляли... Убивая Русского Православного Царя - символически убивали законную, христианскую, национальную власть. Убивая Наследника - убивали и будущее России. Убивая вместе с Августейшей Семьей их верных слуг - убивали всесословное общенародное единение, к которому всегда так стремилась русская жизнь... Религиозный смысл этих событий не вызывает сомнений. Стремились уничтожить Россию как Престол Божий, русский народ - как народ-богоносец..."
Видимо, понимая это, вся либеральная русскоязычная пресса - от московских "Известий" до эмигрантской "Русской мысли" - дружно обрушилась на тех, кто стремился хотя бы беспристрастно обсудить сию тему. В результате священноначалие РПЦ оказалось в весьма щекотливом положении. С одной стороны, иерархам не хотелось портить отношений с могущественным кланом российских либералов-западников. С другой - пугала перспектива основательно испортить эти же самые отношения с собственной паствой.
В итоге было выработано своего рода компромиссное решение, которое и озвучила осенью прошлого года комиссия митрополита Ювеналия. Декларируя на всех углах свое стремление, чтобы "канонизация Царской Семьи не служила аргументом в политической борьбе" (хотя никто из нынешних политических лидеров, кажется, не ратует за восстановление самодержавия), члены комиссии, "не найдя оснований" для канонизации последнего императора в его "церковной и государственной деятельности", по сути предложили прославить Николая II не как Царя, а как... гражданина Романова - рядового православного мирянина, пострадавшего в годы антицерковных гонений!
Такая позиция, конечно, лукава и безнравственна, от нее за версту отдает политиканством. Поэтому мы считаем себя обязанными всеми силами добиваться того, чтобы последний Русский Царь со Своей Августейшей Семьей был прославлен Русскою Церковью так, как это подобает совершить, - как Царь-Мученик, принесший Себя в искупительную жертву за грехи своего народа.

ЦЕРКОВЬ И ПОЛИТИКА

Развал Союза и грабительские, воровские "реформы" прозападного российского руководства поставили едва ли не большинство граждан России на грань физического выживания. Старикам по полгода не выплачивают даже их нищенские пенсии, рабочим - зарплату, инвалидам - пособия по нетрудоспособности.
Это уже не "временные трудности", безропотно терпеть которые так назойливо призывают нас хозяева "голубого экрана" - холеные телеведущие и картавые "аналитики". Это - широкомасштабный геноцид, и его результатом является вымирание русской нации, ежегодно сокращающейся почти на 1,5 миллиона человек!
Русский народ вымирает, а Русская Церковь молчит: что может быть страшнее и противоестественнее! Неужто и впрямь Церкви нечего сказать российскому обществу по самым жгучим, самым злободневным проблемам современности? Ведь обтекаемые и безличные формулировки различных синодальных воззваний по этому поводу невольно наводят на мысль, что московское священноначалие просто боится рассердить кремлевских политиканов слишком резким словом или неосторожным движением.
Но не таковым ли грозит Священное Писание Божиим гневом? "Когда вы приходите являться пред лице Мое, кто требует от вас, чтобы вы топтали дворы Мои, - обличает равнодушных лицемеров Сам Господь. - Когда вы простираете руки ваши, Я закрываю от вас очи Мои; и когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу: ваши руки полны крови... Омойтесь, очиститесь... научитесь делать добро, ищите правды, спасайте угнетенного, защищайте сироту, вступайтесь за вдову. Тогда придите - и рассудим..." (Ис. 1, 12-18).
Подобного рода грозные обличения и предупреждения изобильно рассыпаны по всему пространству Библии. Может, всем нам - тем, кто называет себя христианами - следует почаще сверять свои дела с этими священными текстами?..

ПОМЕСТНЫЙ СОБОР

Следует честно признать: практически ни один из поставленных выше вопросов не может быть решен без созыва Поместного Собора, а скорее всего - нескольких таких Соборов. Однако сам по себе Собор - еще не гарантия решения всех проблем. К сожалению, история знает и лжесоборы, и случаи, когда соборные решения вместо того, чтобы врачевать церковные язвы, становились поводом для расколов и церковных смут.
Это значит, что Собор нам надо готовить. При этом речь идет, конечно, не об организационной его подготовке: пусть этим занимаются те, кому положено по долгу службы. Но вот воспитание общественного мнения, консолидация православной общественности по главным проблемам современного церковного бытия - необходимые условия успешной соборной деятельности - вполне по силам православной печати.
Не будем же смущаться от неудач и соблазнов, не будем унывать перед лицом скорбей и трудностей, встречающих нас на этом пути. Верен Бог, поныне призывающий нас словами Священного Писания: "Грядущего ко Мне не изжену вон"! С нашей стороны требуется лишь благонамеренное стремление к Истине, а обо всем недостающем Милосердный Господь обещал позаботиться Сам. Сие и буди, буди! Аминь.


Невзирая на лица

НАМ ЕСТЬ О ЧЕМ ПОГОВОРИТЬ

Сегодня мы предлагаем вниманию наших читателей документ особой важности. Это - письмо Митрополита Иоанна (Снычева), адресованное Патриарху Алексию II и посвященное серьезным внутрицерковным проблемам, которые никогда ранее не обсуждались публично столь высокопоставленными иерархами. Сие нелицеприятное обращение, адресованное не только самому Патриарху, но и всем постоянным членам Священного Синода, было подготовлено Митрополитом-исповедником в апреле 1994 года, однако до последнего времени оставалось не известным русской общественности. Но вот недавно письмо и комментарий к нему обнародовала газета "Завтра" (?24, 1997). "Русь Православная", идя навстречу многочисленным просьбам читателей, также публикует этот документ на своих страницах.

Мы не знаем, ознакомил ли владыка Иоанн с содержанием этого письма самого Патриарха или кого-либо из епископов. Знаем только, что оно не было официально разослано синодалам, как это сперва предполагалось сделать. В любом случае, содержание его таково, что не позволяет православному человеку остаться равнодушным. Письмо свидетельствует о глубоком внутрицерковном размежевании между сторонниками чистого святоотеческого православия и коррумпированными церковными чиновниками, между консерваторами-традиционалистами и приверженцами либерально-экуменической, обновленческой ереси.
Это размежевание - состоявшийся факт церковной жизни и его невозможно скрыть никакими показными декларациями "монолитного единства" епископата в духе партийных съездов эпохи застоя. Благодатное единство Церкви есть высшая ценность, но этот дар Божий может быть усвоен нами только в Духе и Истине (Иоан. 4,23). Для православного сознания очевидно, что любые попытки формально-бюрократической консолидации верующих вокруг нынешнего церковного священноначалия будут терпеть крах до тех пор, пока в жертву таким аппаратным попыткам будет приносится церковная соборность, каноническая законность и верность Святому Православию.
Надо сказать, что мы не без колебаний решились опубликовать письмо приснопамятного владыки Иоанна в нашей газете. Во-первых, потому что его содержание может вызвать в среде православной общественности острые дискуссии о соответствии священноначалия РПЦ христианским нравственным нормам и каноническим требованиям, а мы не уверены, насколько своевременна такая дискуссия в нынешние тяжелые времена. Во-вторых, потому что сам митрополит, подготовив подобный документ, все-таки не разослал его адресатам.
И все же, после колебаний и сомнений, мы публикуем это письмо. Ведь путь обретения истинного духовного единства - это путь соборности, путь открытой и честной внутрицерковной дискуссии. А поговорить нам, видит Бог, есть о чем. Ситуацию в Церкви, когда "табачный митрополит" Кирилл Гундяев богатеет на продаже "гуманитарных" сигарет, а патриарх - благословляет проведение в храме Христа Спасителя концерта религиозной музыки католических композиторов, - нельзя признать нормальной!
Сращивание коррумпированного церковного руководства с русофобской кремлевской верхушкой представляет сегодня, пожалуй, главную опасность для Русского Православия. Поэтому мы не считаем себя вправе молчать далее. Больше того, мы приглашаем всех, кому дороги наши тысячелетние русские святыни, кто не забыл веры отцов и не отрекся от любви к Богу и Отечеству - к широкой и нелицеприятной дискуссии о современном положении дел в Русской Православной Церкви...
Пусть публикуемое сегодня письмо митрополита Иоанна задаст тональность этой дискуссии. Редакция располагает копией документа со всеми приложениями, ссылки на которые даны в тексте: мы печатаем его, не изменив ни единого слова, лишь выделив наиболее важные, по нашему мнению, места. А о его злободневности - через три года после написания - мы предоставляем каждому судить самостоятельно.
Господи Иисусе, спаси и помилуй нас, грешных! Аминь.


Митрополит ИОАНН

ТАК ДАЛЬШЕ ПРОДОЛЖАТЬСЯ НЕ МОЖЕТ

Его Святейшеству, Святейшему Патриарху
Московскому и Всея Руси АЛЕКСИЮ II.

КОПИИ: членам Священного Синода
Высокопреосвященнейшему Владимиру, митрополиту Киевскому и всея Украины;
Высокопреосвященнейшему Ювеналию, митрополиту Крутицкому и Коломенскому;
Высокопреосвященнейшему Филарету, митрополиту Минскому и Слуцкому;
Высокопреосвященнейшему Кириллу, митрополиту Смоленскому и Калининградскому.

ПИСЬМО

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Ваше Святейшество!
Забота о благополучии и единстве Русской Православной Церкви, о сохранении церковного мира и благочестия, о нерушимости канонических законоположений и неповрежденности апостольского вероучения побуждают меня обратиться к Вам с этим письмом. В последние годы я с тревогой и недоумением наблюдаю, как во внутрицерковной жизни множатся отступления от ее соборного духа, канонических норм и даже от гражданского законодательства, регламентирующего церковногосударственные отношения.
При этом особенно печально сознавать, что все чаще и чаще подобные нестроения, обретающие во вверенной мне Санкт-Петербургской епархии совершенно нетерпимые формы, оказываются так или иначе связанными с Вашим именем. К сожалению, мои неоднократные устные обращения к Вам по этому поводу не дали никакого практического результата. В сложившейся ситуации я не вижу иного выхода, кроме как письменно зафиксировать свою точку зрения и таким образом вновь довести ее до Вашего сведения и до сведения членов Священного Синода. Я от всего сердца надеюсь, что на этот раз буду наконец-то услышан и понят, ибо негативные тенденции церковной жизни, которые огорчают и тревожат меня как правящего архиерея, постоянного члена Священного Синода и просто русского православного человека - обостряются с прискорбной быстротой.
Суть проблемы такова: события последних лет дают все основания предполагать, что определенные силы - равно в структурах церковной и государственной власти - стремятся использовать Вас и Ваше имя в своих корыстных интересах, не имеющих ничего общего с интересами Русской Православной Церкви и России. В результате подобных манипуляций создается благоприятная почва для расцвета внутрицерковной коррупции, сеются соблазны и раздоры как в среде духовенства, так и среди широких масс рядовых прихожан, ставится под сомнение церковное единство и поощряются раскольнические настроения.
В основе всех этих печальных явлений лежит недопустимая практика Вашего вмешательства во внутренние дела епархии, которые по всем существующим каноническим и юридическим нормам (как церковным, так и гражданским) подлежат исключительному ведению правящего архиерея. Такое вмешательство еще можно было бы понять, если бы его результаты благотворно сказывались на духовном состоянии паствы и организации епархиальной жизни. Но на деле все обстоит как раз наоборот. Будем называть вещи своими именами - под Вашим высоким покровительством развернута широкая кампания по развалу Санкт-Петербургской епархии и дискредитации ее правящего архиерея.
Приведу лишь несколько примеров.
Среди многочисленных православных святынь Санкт-Петербурга выделяется храм Покрова Пресвятой Богородицы, что на Боровой улице. Этот храм был излюбленным местом служения священномученика Вениамина, митрополита Петроградского. В 1922 году он стал центром сопротивления изъятию церковных ценностей, после чего св.Вениамин был арестован, неправедно осужден и расстрелян большевиками. Тем не менее, в результате закулисных интриг и явных подлогов в 1989 году (в Вашу бытность митрополитом Ленинградским) храм был передан властями города баптистам. С тех пор русская православная святыня стала местом распространения чуждых, а зачастую и оскорбительных для православного русского человека идей и вероучений.
Три года подряд верующие Санкт-Петербургской епархии пытались вернуть этот храм. Делалось это исключительно мирными средствами: был организован сбор подписей, зарегистрирована община, которая обратилась в мэрию с прошением о возврате храма, соответствующее ходатайство было возбуждено в Петросовете. Каждое воскресенье у стен занятой баптистами церкви при стечении православного народа читался акафист Божией Матери "Державная".
Но вдруг, совершенно неожиданно для всех, Вы, Ваше Святейшество, направили в Комитет по управлению городским имуществом письмо, в котором заявили, что "не считаете целесообразным пересматривать вопрос о Покровском храме на Боровой", "не можете дать гарантий, что Санкт-Петербургская епархия сможет компенсировать затраченные общиной Евангельских христиан-баптистов четыре миллиона рублей" и вообще "поднятие этого вопроса приведет к межрелигиозной конфронтации" (см. Приложение 1).
Подписанный Вами документ перечеркнул многолетние усилия Вашей паствы по возвращению русской святыни, отдав на поругание инославным святое имя священномученика митрополита Вениамина. Но ведь этот вопрос вообще не подлежит юрисдикции Москвы! Соблазн же, который был внесен Вашим поступком в массы верующих, до сих пор осложняет духовную жизнь епархии. Скажите, Ваше Святейшество, что должен я отвечать своей пастве, недоумевающей, по какой причине предстоятель Русской Церкви посмел нарушить грозные определения 12 правила Седьмого Вселенского Собора? А ведь они недвусмысленно гласят: "Аще кто, епископ или пресвитер, окажется что либо из угодий, принадлежащих епископии или монастырю, продавшим в руки властей, или отдавшим иному лицу: не твердо будет сие отдание... Епископ или игумен, тако поступающий, да будет изгнан... яко зле расточающий то, чего не собирал".
Дерзаю напомнить Вам, Ваше Святейшество, слова архиерейской присяги, произнося которые мы оба клялись "блюсти каноны св.Апостолов и седьми Вселенских и благочестивых поместных соборов, иже на сохранение правых ведений суть узаконены... и так вся хранити крепце и ненарушимо..."
К сожалению, инцидент с церковью Покрова - далеко не единственный пример такого рода.
2 октября 1990 года Президиум Ленсовета принял решение "Об использовании зданий и помещений Александро-Невской Лавры", согласно которому в ведение епархии должен был постепенно перейти весь комплекс монастырских зданий. В одном из них до последнего времени располагалась единственная в Санкт-Петербурге православная гимназия, в которой к началу этого года обучались десятки детей самого разного возраста.
Каково же было удивление православных, когда они однажды увидели свою гимназию опечатанной, а вскоре из письма заместителя мэра узнали, что "по согласованию с Московской Патриархией" прежнее решение городских властей отменено, а их здание "будет передано в установленном порядке Государственному музею городской скульптуры"! (См. Приложение 2). Помилуйте, Ваше Святейшество, - какой соборный орган Русской Православной Церкви уполномочил Ваш аппарат от имени Московской Патриархии "согласовывать" с гражданскими властями отторжение церковного имущества, да еще к тому же принадлежащего Санкт-Петербургской епархии, являющейся, согласно уставу, исключительным распорядителем "всех культовых зданий, а также зданий общецерковных и епархиальных учреждений, монастырей и духовных учебных заведений, принадлежащих Русской Православной Церкви на правах собственности или аренды и находящихся на территории Епархии". Сей устав был принят решением Священного Синода 25 марта 1991 года. Он утвержден Вашей собственноручной подписью и личной печатью, зарегистрирован по всем правилам в городском Управлении юстиции. Как же прикажете понимать после этого все происходящее?
Мне, право, неловко перечислять все многочисленные нарушения канонических норм и гражданского законодательства, совершенные и совершаемые в Петербурге с Вашего благословения. Минуя иерархическую подчиненность, через голову правящего архиерея даются какие-то непонятные доверенности на распоряжение имуществом епархии. Запрещенные мною в богослужении, уличенные во лжи и в дисциплинарных проступках, а порой проворовавшиеся клирики получают в Москве одобрение и поддержку.
Дело дошло уже до того, что с Вашего благословения заместитель мэра по вопросам культуры В.П.Яковлев планирует просто-напросто изъять из ведения епархии едва ли не все вновь возвращенные Церкви монастырские подворья на территории Санкт-Петербурга! (См. Приложение 3). Так дальше продолжаться не может. По долгу правящего архиерея и велению своей христианской совести я должен принять все меры к тому, чтобы привести епархиальную жизнь в соответствие с требованиями внутрицерковной дисциплины. Это тем более необходимо, что утвердившаяся обстановка произвола и безвластия не только создает питательную почву для коррупции и вредит авторитету Церкви, но представляет из себя реальную угрозу духовному состоянию паствы.
Священное Писание учит нас, что "сребролюбие есть начало всех зол" (1Тим.6:10). Не будем обманывать себя и окружающих: страсти, кипящие сегодня вокруг церковного имущества и права им распоряжаться, в основе своей имеют именно этот грех, столь свойственный слабому человеческому сердцу. Но снисходя милосердием и любовью к людским немощам, надо все же решительно и строго противодействовать тлетворному влиянию страстей, решительно пресекая их пагубное воздействие на души верующих.
С этой точки зрения мне представляется решительно недопустимым, что в церковных зданиях, которые незаконно выводятся из-под контроля епархии, предполагается размещение каких-то коммерческих структур, едва ли не банков и магазинов. Возможно, Вы, Ваше Святейшество, не осведомлены, что в Москве валютные гостиницы устраиваются уже чуть ли не в братских монашеских корпусах, но я в Санкт-Петербурге отказываюсь принимать на себя столь тяжкую ответственность пред Господом, рекшим устами апостола языков: "Желающие обогащаться впадают в искушение и сеть, которые погружают людей в бедствие и пагубу" (1 Тим.6:9).
Таким бедствием может стать для Санкт-Петербургской епархии произвольное вмешательство извне в ее внутренние дела. Что сказать, если даже в Государственном Университете, в среде преподавателей и руководства, открыто ведутся разговоры о том, что "между Патриархом Алексием II и митрополитом Иоанном существует глубокий раскол"! Бог свидетель, Ваше Святейшество, я делал все, что в моих силах, чтобы избежать такого развития событий, и неоднократно говорил Вам, что существуют враждебные Церкви силы, которые, пользуясь естественными человеческими слабостями и недостатками, будут стремиться любое расхождение, любую нашу размолвку употребить в качестве орудия для разрушения церковного единства, которое Вы, если судить по выступлениями в средствах массовой информации, столь высоко цените.
Самое страшное во всем этом то, что начавшись с вещей внешних и, по-видимому, не столь уж важных, нестроения непременно перекинутся затем и в область святую, неприкосновенную - область церковного вероучения. "Предавшись сребролюбию, - предупреждает апостол, - некоторые уклонились от веры и сами себя подвергли многим скорбям" (1Тим.6:10). Может быть, именно здесь стоит искать причины того, что в последние годы в Русской Православной Церкви вновь активизировалась обновленческая ересь?
В заключение скажу: я буду рад узнать, что все мои тревоги и опасения напрасны, основаны на досадных недоразумениях случайных совпадениях и не отражают Вашей действительной позиции и политики во внутрицерковной области. В таком случае Вы, несомненно, найдете способ помочь мне, как правящему архиерею, привести церковную жизнь Санкт-Петербургской епархии в соответствие с каноническими законоположениями и гражданскими правилами. Я убежден, что так и случится, но должен все же сказать, что если этого не произойдет, я буду вынужден:
1. Официально вынести поднятые в настоящем письме проблемы на обсуждение соборных органов управления Русской Православной Церкви: Священного Синода и Архиерейского Собора.
2. Предать гласности в средствах массовой информации это мое обращение к Вам.
3. Возбудить, пользуясь имеющимися у меня возможностями, в высшем законодательном органе страны - Государственной Думе - вопрос о необходимости совершенствования религиозного законодательства с тем, чтобы в дальнейшем исключить повторение подобных действий.
Я искренне надеюсь, что прибегать к таким мерам все же не придется, что все накопившиеся недоразумения с помощью Божией благополучно разрешатся в духе христианского мира и братской любви.
Господь Всемогущий, Праведный и Нелицеприятный да дарует нам потребные для этого мудрость и терпение, умиротворение помыслов и сердечную чистоту! Аминь.

Приложение 1


 


Проблемы церковной жизни

НИКТО, КАК БОГ...
Константин ДУШЕНОВ

Опыт показывает: проблемы обновленческой ереси, либерально-экуменического перерождения части русского духовенства и коррупции в среде церковного священноначалия в значительной мере являются следствиями отсутствия в современной России влиятельного православно-патриотического движения. Идут годы, а дееспособного и прочного объединения православных мирян, столь необходимого для защиты наших религиозных святынь и поддержания канонических основ церковного бытия, все не происходит. Почему?

ПРИЧИНЫ НЕУДАЧ

Все предыдущие попытки "православной общественности" создать сколь-либо значительное и влиятельное общественное движение оканчивались полным провалом. Для примера достаточно назвать печальную судьбу Союза Православных Братств, Троицкого Православного Собора, Национального Правого Центра, союза "Христианское Возрождение" и других подобных организаций, превратившихся в замкнутые, "камерные" структуры, напрочь лишенные реального влияния на российскую политику и общественное мнение страны. Тем не менее накопленный за последние годы опыт далеко не бесполезен. Он позволяет определить главные причины неудач православно-патриотического движения и наметить пути их преодоления в будущем.
Такими причинами являются:
Во-первых, противодействие церковного священноначалия любым попыткам православных мирян объединиться в дееспособную и прочную общественно-политическую организацию. На то есть несколько причин.
Прежде всего, руководители РПЦ вполне обоснованно опасаются излишней политизации такого движения.
Опыт показывает, что к руководству в подобных организациях, как правило, приходят люди весьма радикально настроенные. Учитывая нынешнее засилье русофобов и инородцев во властных структурах России, это вполне объяснимо и понятно, но совершенно не приемлемо для иерархов, волей обстоятельств поставленных перед необходимостью сохранять с антинациональным кланом в российском руководстве "рабочие" отношения.
Кроме того, целый ряд архиереев как в Москве, так и в провинции весьма удобно "вписался" в нынешнюю ситуацию, резко повысив свой личный уровень благосостояния. Эти люди, будучи вполне довольны своим нынешним положением, вовсе не желают участвовать в какой бы то ни было деятельности, грозящей подорвать основы существующего политического режима.
Далее. Сегодня священноначалие РПЦ имеет практически монопольное право говорить от имени миллионов верующих в России и представлять их интересы перед государственной властью. Если же в стране сформируется достаточно мощная организация православных мирян, такая монополия будет нарушена, что приведет к существенному падению личного влияния высших церковных иерархов в кремлевских кабинетах.
И наконец, нынешнее руководство РПЦ практически полностью состоит из выдвиженцев митрополита Никодима (Ротова), пришедших к власти в 60-70х годах в результате своего рода "обновленческой революции", совершенной владыкой Никодимом при помощи и поддержке "компетентных органов" СССР. Для этих иерархов характерны тяготение к либеральным "ценностям", приверженность к экуменизму, восприятие попыток защиты полноты святоотеческого православия как "фанатизма" и пренебрежительное отношение к массе "темных и отсталых" прихожан.
Сегодня, понимая, что такого рода взгляды совершенно чужды не только подавляющему большинству мирян, но большинству священников и даже епископов, "никодимовцы" не могут проводить активной внутрицерковной политики. Тем не менее, как показывают Архиерейские Соборы 1994 и 1997 годов (да и вообще течение церковной жизни последних лет), они делают все, чтобы удержать ситуацию под своим контролем. В этих условиях появление на церковно-политической сцене мощного движения православных мирян, которое, безусловно, будет более консервативно, чем нынешнее священноначалие РПЦ, грозит серьезно нарушить тот хрупкий внутрицерковный баланс сил, который с таким тщанием выстраивает патриарх.

КАДРЫ РЕШАЮТ ВСЕ?

Вторая причина неудач - отсутствие у православных мирян необходимого политического опыта.
Следует смотреть печальной правде в глаза: в стране сегодня просто-напросто нет православных политиков. Политическая элита ельцинской России состоит либо из вчерашней партийной номенклатуры, успевшей вовремя перекраситься из правоверных коммунистов в радикальных демократов, либо из ловких дельцов, сумевших безмерно обогатиться на разграблении государственного имущества в процессе "приватизации".
Что касается номенклатурных перевертышей, то они откровенно циничны и не верят ни в сон, ни в чох, ни в вороний грай. Они готовы красоваться перед телекамерами в церкви, в мечети, в синагоге - где угодно, лишь бы это сулило им практические выгоды. В среде российских нуворишей, в последнее время отвоевывающих себе все большее и большее политическое влияние, непропорционально большую часть составляют инородцы и иноверцы, традиционно оккупировавшие банковский бизнес и сферу средств массовой информации. Излишне говорить, что никакой симпатии эти люди к православию не питают и питать не могут.
Между тем современная политика является чрезвычайно специфической областью человеческой деятельности. Ее основные законы сплошь и рядом вступают в прямое противоречие с православным мировоззрением и нравственным учением Церкви. И, главное, - помимо определенного набора качеств она требует значительного опыта и основанной на таком опыте интуиции. Радикальное обновление политической элиты происходит лишь во время революций. В остальное время едва ли не единственным путем обретения политического влияния является постепенное "врастание" во власть.
В таких условиях попытки "с нуля" создать православно-патриотическое общественное движение, которое самостоятельно было бы способно эффективно действовать на политической сцене нынешней России, следует признать заведомо неосуществимыми. Наиболее реальной возможностью постепенно "врасти" в политический процесс пока является развитие собственных структур под прикрытием какой-либо мощной политической силы. Эта сила, в свою очередь, должна быть заинтересована в национальных - "духовных" и нравственно-религиозных - аспектах своего имиджа и готова в обмен на помощь в этом направлении учесть политические интересы своих православных партнеров.
Третья проблема - отсутствие единого авторитетного лидера.
Несмотря на то, что в целом т.н. "православная общественность" обладает довольно высоким творческим потенциалом и готова активно участвовать в политическом процессе, эти возможности в большинстве своем остаются нереализованными из-за крайней раздробленности и разобщенности нынешних вождей православно-патриотического движения.
Неспособность к объединению и групповщина, столь свойственные православной интеллигенции, существенно ограничивают и ее внутрицерковное влияние. Единственным общепризнанным лидером православных патриотов был митрополит Иоанн, да и то лишь потому, что высокое иерархическое положение и беспрецедентно активная публицистическая деятельность изначально поставили его в недосягаемое для критиков положение.
Опыт последних лет подсказывает, что никакого "естественного" объединения православных патриотов в нынешних условиях ждать не приходится. Тем не менее объединить их для совместной деятельности можно. Но сделать это сумеет лишь тот, кто, с одной стороны, будет более или менее известен "православной общественности" как человек, которому можно верить, а с другой стороны, внесет в православно-патриотическое движение собственный политический капитал (а не попытается с помощью движения "наработать" его).
Если в результате такого "вливания" люди почувствуют, что у них появились новые перспективы, что их голос стал звучать громче и к нему стали прислушиваться внимательней, - тот политик, который сумеет этого добиться, сможет достаточно уверенно опираться на весьма широкое и деятельное православно-патриотическое движение.

ГЛАВНОЕ ОРУЖИЕ - СЛОВО

Четвертая беда православных патриотов - отсутствие грамотного информационно-аналитического и богословско-теоретического обеспечения.
Несмотря на то, что в последние годы было исписано немало бумаги в попытках создать "современное православное мировоззрение", которое смогло бы доходчиво и внятно сформулировать православные ответы на главные вызовы современности, эта задача так и не была решена до конца. Что, собственно, неудивительно, учитывая ее огромные масштабы, а также ограниченность времени и средств православно-патриотического движения.
Такая задача осложняется прежде всего тем, что последние восемьдесят лет Русская Православная Церковь все свои силы направляла на то, чтобы выжить под страшным гнетом государственного богоборчества и была лишена какой бы то ни было возможности свободно и систематически формулировать свои взгляды на происходящие в мире события и изменения. Сейчас, после обретения долгожданной свободы, РПЦ, с одной стороны, оказалась перед необходимостью восстановления тысяч порушенных храмов и своей собственной организационной структуры, а с другой - лицом к лицу столкнулась с антиправославной агрессией многочисленных ересей и сект, религиозным одичанием общества и мощной антихристианской группировкой в составе новой российской элиты.
Учитывая все это, вряд ли стоит обвинять Церковь в том, что она недостаточно быстро и отчетливо формулирует свои взгляды на современность. Значительным шагом вперед на этом направлении стала публицистическая деятельность митрополита Иоанна, который в последние годы своей жизни сумел заложить теоретические основы современного православного взгляда на историю и политику, национальную и государственную проблематику современной России. Его книги "Самодержавие духа. Очерки русского самосознания", "Русь Соборная. Очерки христианской государственности", "Одоление смуты. Слово к русскому народу" дают основные стратегические ориентиры православно-патриотической мысли на долгие годы вперед.
Тем не менее для эффективного развития православного мировоззрения этого далеко не достаточно. К сожалению, информационно-аналитическое и богословско-теоретическое обеспечение деятельности православных общественных организаций поставлено из рук вон плохо. В этой области действуют лишь отдельные более или менее яркие авторы, самостоятельно разрабатывающие ту или иную проблему.
Между тем желание активно участвовать в общественно-политической жизни страны ставит перед православными патриотами вполне конкретные задачи по формулированию своего мировоззрения в важнейших областях современной жизни, таких как:
а) Православная политика;
б) Православная идеология;
в) Православная экономика;
г) Православная культура;
д) Православное законодательство;
е) Православная государственность и т.п.
Для профессионального обеспечения разработок в этих областях требуется создание эффективно действующей команды православных аналитиков и историков, политологов и юристов. Главная проблема заключается в том, что такие люди должны быть действительно единой командой, имеющей опыт в совместной работе, а не отдельными специалистами, пусть квалифицированными в собственной области, но ориентированными на индивидуальную деятельность.

КУПЛЮ ПРАВОСЛАВНУЮ ГАЗЕТУ. НЕДОРОГО

Отсутствие влияния в средствах массовой информации - пятая, и едва ли не важнейшая причина наших неудач. Возможность своевременно и полно информировать общественность о своей деятельности и своих взглядах является безусловно необходимой предпосылкой становления влиятельного православного общественно-политического движения.
Надо откровенно признать: сегодня такой возможности у православных патриотов нет. Большинство телеканалов находятся под жесточайшим контролем антирусского лобби (Березовский, Гусинский, Сагалаев, Сванидзе и К°), категорически исключающим возможность появления там сколь-либо объективной информации о церковно-политической ситуации.
Российская пресса по отношению к православной проблематике делится на пять основных групп.
а) Газеты и журналы либерально-демократической ориентации ("Известия", "Московские Новости", "Сегодня", "Огонек" и им подобные).
Для этих изданий характерна откровенно антиправославная позиция. Именно там публикуются материалы в защиту инославной экспансии и различных сект. Во внутрицерковном противостоянии они поддерживают обновленцев и экуменистов, критикуют Московскую Патриархию за "отсталость" и "реакционность", всячески подыгрывают католикам и протестантам в их прозелитической деятельности на канонической территории Русской Православной Церкви. К православно-патриотическому движению относятся крайне враждебно, именуя его не иначе как "черносотенным" и "фундаменталистским".
б) "Нейтральные" газеты ("Российская Газета", "Труд", "Независимая газета" и т.п.).
Нейтралитет этих изданий весьма относителен. Он заключается в том, что они избегают прямых антихристианских выпадов, высказывают формальное уважение к священноначалию РПЦ, критикуют сектантов и избегают некорректной полемики с консервативным крылом Церкви.
Несколько особняком держится "Независимая газета", недавно предложившая своим читателям специальное ежемесячное приложение "НГ-религии". Будучи и по источникам финансирования, и по собственному мировоззрению вполне либеральной, она, тем не менее, стремится избегать одиозной предвзятости в обсуждении религиозных тем. Ее обновленческие и экуменические симпатии в этой области не подлежат сомнению, однако, для соблюдения приличий, время от времени на страницах газеты высказываются и альтернативные мнения. Впрочем, существует целый ряд религиозных и национальных проблем, объективное обсуждение которых на страницах газеты заведомо невозможно.
в) Левопатриотические газеты ("Завтра", "Советская Россия", "Правда-5" и др.).
Как ни странно, сегодня именно левая печать настроена по отношению к Церкви наиболее дружелюбно. Это происходит отчасти из-за того, что национально ориентированные коммунисты видят в ней один из последних бастионов противодействия либеральной идеологии и западной экспансии; отчасти - из-за влияния державных проповедей митрополита Иоанна, впервые появившихся на страницах "Советской России", отчасти же - из вполне понятного расчета приобрести в глазах общества более респектабельный имидж.
г) Национально-патриотические издания ("Наш Современник", "Москва" и др.).
Их отличительной чертой является искренняя готовность рассматривать проблемы современности с православных позиций и малый тираж. Такое сочетание позволяет в лучшем случае проводить через них предварительную "обкатку" тех идей и воззрений, которые затем должны быть в ясном и доходчивом виде предложены общественному мнению.
д) Православная пресса.
К сожалению, следует признать, что все православные издания, существующие на сегодняшний день, не имеют общенациональной аудитории, лишены сколь-либо существенного влияния на российское общество в целом и ориентированы преимущественно на обсуждение внутрицерковных тем. Это, впрочем, вполне понятно, ибо перед РПЦ сегодня в первую очередь стоят внутренние проблемы. Только успешно преодолев наследие государственного богоборчества и обретя подлинное внутреннее единство, Церковь будет способна оказывать по-настоящему серьезное влияние на положение дел в стране.
При этом православная пресса внутри себя подразделяется на несколько различных групп.
- Официальные церковные издания.
Эти издания - будь то "Журнал Московской Патриархии", "Московский церковный вестник" или епархиальные газеты, которых сегодня в России уже более сотни, - отличаются полным отсутствием "живых", проблемных материалов. Прочитав их, можно подумать, что у Церкви сегодня нет внутренних проблем важнее, чем достойная встреча разнообразных зарубежных делегаций, обильно прибывающих в Москву для встречи со Святейшим Патриархом Московским и Всея Руси. Из их содержания совершенно невозможно понять, что же в действительности волнует сегодня русского православного человека.
Единственное, что дозволено критиковать авторам таких изданий, - это тоталитарные секты вроде "Аум Сенрике" и "Белого братства". Честно говоря, невольно создается впечатление, что церковное священноначалие намеренно придерживает развитие общецерковных средств массовой информации, полагая, что чем меньше обычный прихожанин будет знать о том, что происходит в Московской Патриархии, тем легче будет избегать нежелательных инцидентов с "излишне активными" мирянами.
- Издания Русской Православной Церкви Заграницей ("Русский Пастырь", "Православная Русь" и др.).
Они распространяются в России мизерными тиражами, не превышающими 1-2 тысячи экземпляров и представляют своего рода зеркальное отражение официальных изданий Московской Патриархии. Если там церковная жизнь предстает в этаком благостном и беспроблемном освещении, то здесь - изображается самыми мрачными красками, как скопище беспросветных нерешаемых проблем и цепь сплошного вероотступничества.
- Независимые православные издания ("Радонеж", "Русь Державная", "Русский Вестник"и т.п.).
Независимыми такие издания можно назвать лишь весьма условно. Вся их независимость заключается в том, что учредителями этих газет являются физические и юридические лица, прямо неподконтрольные руководству РПЦ. Однако, учитывая, что "Радонеж" и "Русь Державная" распространяются преимущественно через приходскую внутрицерковную сеть, их реальная зависимость от церковного начальства весьма велика. Что касается "Русского Вестника", то он, хотя и имеет собственную сеть распространения, находится в очень стесненных финансовых условиях - а это род зависимости едва ли не худший, чем все иные...
И все же, подводя итог анализу православных СМИ, нельзя не отметить тот отрадный факт, что несмотря на все сложности, они в общем адекватно отражают тот подавляющий перевес, который имеют в церковном общественном мнении консервативные и охранительные силы, сторонники чистого святоотеческого православия, не искаженного никакими либеральными новациями и экуменическими извращениями.

ДЕНЬГИ, ДЕНЬГИ, ДЕНЬГИ...

Отсутствие финансовой базы - еще одна серьезная проблема.
Вряд ли стоит подробно объяснять, какова на сегодняшний день роль финансового обеспечения партийного строительства. И хотя православное общественное движение, в случае если оно сумеет завоевать доверие прихожан и священников на местах, может не тратиться на содержание разветвленной региональной структуры - его создание и обеспечение потребует значительных средств.
Они, конечно, несопоставимы с теми гигантскими суммами, которые тратят ведущие политические силы на свои нужды, но, тем не менее, предполагают наличие весьма серьезной финансовой базы, позволяющей регулярно оплачивать поддержание дееспособности всей организации на должном уровне.

ИТОГИ И УРОКИ

Анализ основных причин неудачи всех предыдущих попыток создания влиятельного православного общественного движения показывает, что для успеха такого начинания как минимум необходимо:
а) Систематизировать и внимательно изучить весь накопленный на сегодняшний день политический опыт в этой области;
б) Установить со священноначалием РПЦ партнерские отношения, которые были бы, с одной стороны, предельно доброжелательными, а с другой - в максимальной степени независимыми;
в) Постепенно и без лишнего шума начать "раскрутку" общественно-политического деятеля, способного со временем стать признанным лидером православно-патриотического движения;
г) Собрать высококвалифицированную команду специалистов, способных обеспечить информационно-аналитическое и богословско-теоретическое основание православно-патриотической идеологии;
д) В максимальной степени задействовать имеющиеся возможности в средствах массовой информации;
е) Обеспечить движению необходимую финансовую базу.
Не будем лукавить: соблюсти все вышеизложенные условия в ближайшее время православным патриотам не удастся. Но это вовсе не значит, что они не смогут постепенно усилить свое влияние, в первую очередь - внутри Церкви. Так что не стоит унывать: Господь не оставит Своих верных рабов. Пусть хоть весь мир ополчится на нас, а все же: никто, как Бог!.. Аминь.


На злобу дня

ХРИСТОНЕНАВИСТНИКИ

Скандалы - политические, дипломатические и криминальные - стали в современной России делом привычным и неудивительным. Не миновали они, к сожалению, и религиозную область. Межрелигиозные отношения в этом году оказались омрачены громким скандалом вокруг телекомпании НТВ, в который постепенно были вовлечены представители православной общественности, депутаты Государственной Думы, политики и церковные иерархи самого высокого ранга.

Сегодня трудно сказать, кто именно из руководства НТВ принял кощунственное решение вставить в сетку вещания накануне православной Пасхи богохульный фильм Мартина Скорцезе "Последнее искушение Христа". Уверенно можно утверждать только одно - точно рассчитанный час не оставлял сомнений, что речь идет о сознательном глумлении над Русской Православной Церковью. И все же нам следует поблагодарить этого человека за откровенность, ибо такое решение предельно ясно выявило религиозные симпатии и антипатии "независимого" телевидения. Ведь попыток трансляции антииудейских, например, фильмов, да еще накануне соответствующих праздников телекомпания НТВ никогда не предпринимала!
Впрочем, сие неудивительно. Общеизвестно, что НТВ принадлежит господину Гусинскому, возглавляющему компанию "Мост-медиа". Так же общеизвестно, что г-н Гусинский является президентом Российского еврейского конгресса. К его чести надо сказать, что он никогда и не думал скрывать ни своей национальности, ни своего вероисповедания. Потому вполне закономерно, что в русском общественном мнении НТВ воспринимается как главный выразитель интересов и мнений еврейской общины в нашей стране. Благодаря этому православные верующие в России теперь могут составить достаточно ясное впечатление о том, как к ним относятся единоплеменники г-на Гусинского.
Фильм Скорцезе в результате разразившегося скандала был снят с эфира. "Но дело не в этом, - писали патриотические газеты, - телекомпания покажет его в другой день, в другое время, или заменит на иной, аналогичный по содержанию. Сделать это несложно, ведь современный выбор антихристианских материалов весьма широк. Важно другое: православным, пора понять, что у Христа в России доныне есть непримиримые, смертельные враги, и эти враги не сидят сложа руки - они действуют активно, напористо и бесстрашно. И если мы не сумеем их остановить, то историческая, тысячелетняя, православная Россия вскоре навсегда сойдет с мировой сцены" ("Патриот" ?20, 1997 год).
К сожалению, подобные предсказания сбылись с пугающей точностью. После Святой Пасхи прошло чуть больше месяца - и христоненавистники из НТВ решили повторить свой кощунственный эксперимент: 30 мая фильм Скорцезе был вновь вставлен в сетку вещания. На этот раз для провокации они избрали пятницу - день, когда вся Церковь постится и скорбит, вспоминая распятие иудеями Христа-Спасителя.
При этом цель новой провокации была совершенно очевидной: ее устроители желали проверить: готовы русские люди стерпеть и такое издевательство над своими вековыми святынями или "демократия" еще не успела столь глубоко растлить русское сердце? "Сегодня Россия стоит перед серьезным нравственным выбором, - обратились к соотечественникам видные представители науки и культуры, общественные и политические деятели, - если мы и сейчас не возвысим свой голос, то покажем, что с нами можно делать все, что угодно" ("Правда-5", 29.05.97).
В тот же день с необычно резким заявлением выступил по московскому телевидению и Патриарх Алексий II, предупредивший, что трансляцию этого фильма Русская Церковь будет рассматривать как "сознательное оскорбление религиозных чувств миллионов верующих", а священноначалие сделает из этого факта соответствующие выводы. В результате руководители НТВ опять сняли с эфира "Искушение Христа", решив, видно, отложить очередное испытание русского терпения до лучших времен.
Такому исходу можно было бы только порадоваться. Однако, к сожалению, скандал вокруг НТВ - далеко не единственный факт глумления над православными святынями. Более того, желающие "подправить" православное вероучение в угоду христоненавистникам и богоборцам находятся сегодня даже внутри Русской Православной Церкви. Так, в Петербурге по благословению митрополита Владимира (Котлярова), печально знаменитого своими откровенно еретическими воззрениями, в рамках "православно-иудейского диалога" задумано проведение целой серии "международных научных конференций".
Одна из них уже была проведена в начале нынешнего года, подготовка ко второй активно ведется епархиальными структурами при полной поддержке митрополита-вероотступника. Какова цель подобных конференций, читатели смогут понять из статьи М. Гринько, побывавшего на этом суперэкуменическом мероприятии.
Учитывая обилие антихристианских материалов в российских "русскоязычных" СМИ, трудно отделаться от мысли, что кампания по "расхристианиванию" русского общества и попытки спровоцировать внутреннюю либерализацию "реакционной" Православной Церкви носят хорошо скоординированный, планомерный и целенаправленный характер.
Впрочем, судите сами...

БОГОСЛОВИЕ ПРЕДАТЕЛЬСТВА

26-29 января в Санкт-Петербурге состоялась международная конференция "Богословие после Освенцима и ГУЛАГа и отношение к евреям и иудаизму в Православной Церкви большевистской России". Это неординарное событие грянуло в нашем городе, как гром, поскольку готовилось в глубокой тайне не только от церковной общественности, но и от российских ученых, хотя формально конференция называлась "научной". Ее организаторы - руководство "Высшей религиозно-философской школы" в Санкт-Петербурге - тщательно подбирало состав участников.
Вопреки традициям, давно сложившимся в ученом мире, гуманитарные научные учреждения города не получили даже краткой информации о конференции, не говоря уже о приглашении к участию. Многие исследователи, давно и серьезно изучающие историю религий новейшего времени, узнали о прошедшей конференции только из газет. Еще менее желанными гостями оказались на ней представители Православной Церкви - священники, богословы, миссионеры, церковно-общественные деятели.
Зато в Санкт-Петербург со всего мира слетелись экуменисты, сторонники церковного модернизма и ревизионизма, ратующие за "обновление" и "пересмотр" христианского учения. Конференция проводилась при содействии Западно-Европейского фонда поддержки (Германия), Презенц-галереи, Общины Гнаденталь (Германия), Европейского Комитета Протестантских Церквей Нидерландов, Церковного миссионерского общества Англиканской Церкви, а также Санкт-Петербургского союза ученых, Санкт-Петербургского научного центра Российской Академии Наук, Санкт-Петербургской Духовной Академии и семинарии, научно-информационного центра "Мемориал", Международного совета взаимодействия христиан и иудеев.
Широко представленными оказались и наши отечественные экуменисты и обновленцы, собранные со всей России. Организаторы обеспечили приезд из Москвы более ста поклонников известного церковного модерниста отца Георгия Кочеткова.
Но главным козырем организаторов стало то, что экуменическая конференция получила полное одобрение руководства Санкт-Петербургской епархии. Мероприятие лично благословил митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Владимир. Он даже собирался выступить там с приветственным словом, но в последний момент отказался от выступления, сославшись на нездоровье. Организаторы постоянно ссылались на владыку как на своего влиятельного единомышленника.
На открытие конференции публика впускалась строго по приглашениям. У входа в здание Академии Наук дюжие молодцы - по виду профессиональные телохранители - не оставляли надежды проскочить без билета даже зайцу. Столь строгую засекреченность организаторы объяснили боязнью "антисемитских провокаций". Вместе с тем, на конференции оказалось немало любителей политических "тусовок", пользующихся в городе скандальной известностью. Например, там присутствовал некий представитель "еврейской общественности", известный своими оскорбительными статьями против "ассимилянтов" (т.е. евреев, не отделяющих себя от России и русской культуры).
Конференцию открыла руководительница Высшей религиозно-философской школы Н.Печерская. Она сразу взяла быка за рога, изложив "идейную программу" конференции. По ее словам, язычники одинаково гнали первых христиан и иудеев, но со времен императора Константина мученичество христиан завершилось - в отличие от иудеев, чей крестный путь продолжается, якобы, по сей день. Печерская закончила свою речь шокирующим выводом: "Христа мы узнаем не в христианах, а в евреях".
Любой православный человек без труда узрит в подобном словоблудии откровенную ересь, если не сказать больше. Любой историк знает: еще во времена Апостолов христиан гнали прежде всего иудеи. История этих жестоких гонений отражена даже на страницах Священного Писания Нового Завета. Достаточно вспомнить гибель первомученика Стефана, забитого камнями озверевшей толпой иудеев, или мытарства самого апостола Павла, которого спасло от подобной расправы заступничество римского сотника Клавдия Лисия. Впрочем, эти факты настолько не устраивают экуменистов, что на конференции прозвучали откровенно богохульные призывы "пересмотреть" Новый Завет.
Надо сказать, излияния Печерской, смутившие многих христиан, присутствовавшим иудеям показались, похоже, недостаточно радикальными. Например, речь Санкт-Петербургского раввина Певзнера (его предшественник Левитис в годы перестройки был разоблачен как агент КГБ) оказалась самой краткой: "Шалом, и надеюсь, что будущее будет лучше прошедшего!" У экуменистов, ожидавших ответных самоуничижений, вытянулись лица. Ситуация напомнила реплику Грушеньки из "Братьев Карамазовых": "А вот не поцелую я вам ручку, Катерина Ивановна!"
Единственный допущенный к выступлению представитель Православной Церкви - профессор Санкт-Петербургской Духовной Академии и семинарии архиепископ Михаил (Мудьюгин) сказал о том возвышающем страдании, которое дает вера во Христа. Он напомнил слушателям о недавних государственных преследованиях Церкви, о многих безымянных мучениках за веру Православную и отслужил по ним панихиду. Создалось впечатление, что престарелый архиепископ, находящийся на покое, принял участие в конференции просто из-за недостаточной осведомленности о ее составе и целях.
Последующие дни были посвящены чтениям докладов на закрытых секциях, куда гости уже не допускались. Распорядок дня напоминал режим в престижном санатории и свидетельствовал о щедром финансировании мероприятия. Вообще организация конференции была поставлена на широкую ногу: оплачивалась дорога и проживание гостей со всего мира, причем, не только докладчиков, но и зрителей-единомышленников (уже упомянутых поклонников отца Кочеткова). Помимо завтрака, обеда и двух чаепитий в перерывах, участников ожидал ежевечерний обильный фуршет. Невольно возникает вопрос: зачем все это? Кто выложил такие огромные деньги?
Церемония открытия была рассчитана больше на гостей и журналистов, чем на участников. Последние почувствовали себя свободно лишь на закрытых заседаниях, где из доклада в доклад проводилась мысль о необходимости пересмотреть христианское учение. Выступавшие всемерно акцентировали мысль, что Новый Завет несовершенен, и не евреям для своего спасения нужно покаяться перед Христом, а... христианам перед евреями!
Зарубежные ораторы особенно усердствовали в критике "антисемитского" Православия. Родившаяся на Западе идея всеобщей виновности христиан перед евреями не вполне устраивает даже самих ее создателей. Они широко распространяют миф об особом природном антисемитизме православных народов - например, русских, сербов и т.д. При этом они прекрасно осведомлены, что именно Советский Союз противостоял нацистской Германии, спасая не только себя, но все европейские народы, в том числе и евреев. То же касается и Сербии, где сами югославские евреи, пережившие войну, вспоминают об особом миролюбии и доброте сербского народа.
Миф о поголовной виновности всех христиан перед евреями и особом антисемитизме православных народов не просто исторически несправедлив. Он противоречит самому духу христианства, где нет "ни эллина, ни иудея", где все грешники, независимо от национальности, все одинаково нуждаются в покаянии. А смогут ли покаяться люди, убежденные, что они не только не обязаны это делать, но наоборот - весь мир виновен перед ними? Искусственное воспитание нездорового "комплекса жертвы" порождает в иудаизме очень опасное духовное иждивенчество, препятствующее подлинному обращению. А ведь, казалось бы, именно христианским миссионерством среди евреев особенно озабочен церковный модернизм, одним из течений которого является мессианский иудаизм.
Мессианская еврейская церковь, имеющая свои офисы в десятках стран мира, в том числе в России, основана на протестантской харизматической идеологии и включает в себя некоторые элементы иудейской обрядности. По утверждению руководителей церкви, это необходимо для миссионерских целей. Главный постулат мессианского иудаизма: евреи должны принять Христа не как Спасителя всего человечества, а как Мессию прежде всего Израиля. Мессианские издания и буклеты полны ссылок на национальность Господа Иисуса Христа и на то, что "вовсе не странно для еврея верить в еврея". И ни слова о том, как предки нынешних евреев распяли Сына Божия за то, что Он беспощадно обличал их лицемерие и гордыню, сребролюбие и тщеславие. Распяли под крики "Кровь Его на нас и на детях наших!"... Наивно думать, что заигрывание с иудаизмом приведет к подлинному покаянию иудейского народа.
На деле те евреи, кто искренне тянется к христианству, обычно принимают Православие или присоединяются к другой традиционной конфессии. Более половины членов "мессианских" общин - это не евреи, а христиане других национальностей, которых убедили таким образом "искупать вину предков". Бодрые рапорты организаторов мессианских акций об обращении в христианство стольких-то сотен евреев в действительности означают уход в иудействующую ересь русских, украинцев, белорусов, молдаван...
Вернемся, однако, к конференции. Настоящую бурю вызвало выступление преподавателя Санкт-Петербургской Духовной Академии о.Георгия Митрофанова, хотя ничего сенсационного, собственно, сказано не было. Просто говоря о гонениях христиан в первые годы советской власти, оратор упомянул еврейскую национальность Троцкого и ряда других палачей русского народа. Доклад тут же вызвал возражения доктора философии из Оксфорда о.Сергия Гаккеля и других участников, утверждавших, что "эти комиссары открыто отказались от своей национальности".
В результате участники конференции провели на ней ряд тезисов, хорошо известных в религиозно-модернистских кругах Запада, но новых для России. Вот они:
1. Традиционное христианство (в частности, Православие) устарело. Все трагедии ХХ века произошли по вине христиан, посему учение нуждается в пересмотре.
2. Исходя из этого, христианский модернизм не только допустим, но является единственной альтернативой "дремучему" и "невежественному" Православию.
3. Христианство и иудаизм - дружественные религии, и их диалогу мешает исключительно антисемитизм части христиан. "Диалог" сводится к идейным уступкам только одной стороны - христиан, которые на Западе под влиянием экуменизма и обновленчества уже дошли до идеи "несовершенства" Евангелия. Правда, ответных признаний о несовершенстве Талмуда пока что-то не слышится.
4. Осознание своей греховности перед Богом подменяется для одних - комплексом абстрактной вины за "грехи предков", для других - чувством национального превосходства над всем миром.
В свете этих постулатов становится понятно, почему организаторы конференции сознательно отстранили от нее научные и церковно-общественные силы Санкт-Петербурга да и вообще всей России. Слишком хорошо они понимали, что не встретят поддержки большинства соотечественников. В заблаговременном устранении всех неудобных оппонентов есть элемент страха и провокации. Ее смысл предельно прост: лишить трибуны русских ученых, богословов, миссионеров, а потом представить их перед всем миром как дремучих мракобесов, дикарей, которых на солидное собрание и пускать нельзя...
Конференция выполнила свою задачу пробной попытки проведения в России крупного церковно-модернистского, антиправославного и антирусского мероприятия. Она вызвала значительный резонанс в отечественных и зарубежных средствах массовой информации - как правило, елейно-положительный. Критические материалы попросту не принимались к публикации. Организаторы не скрывали, что они намерены и в дальнейшем проводить подобные экуменические конференции, навязывая россиянам комплекс неполноценности и идеи религиозного модернизма.
Неужели в России не найдется силы, способной остановить это кощунство?..
М. Гринько.


Кто разрушает Русскую Церковь?

ВЛАСТИТЕЛИ ИЗ ФАНАРА
Николай СЕЛИЩЕВ

Последний Архиерейский Собор Русской Православной Церкви, проходивший 18-22 февраля 1997 года в московском Свято-Даниловском монастыре, подтвердил наличие ряда существенных внутрицерковных проблем. При этом оказалось, что по сравнению с предыдущим Архиерейским Собором 1994 года, состоявшимся еще при жизни великого иерарха-патриота - митрополита Иоанна (Снычева), решение таких проблем, увы, не продвинулось ни на шаг. Вновь, как и прежде, многие епископы настаивали на скорейшем выходе Московской Патриархии из еретического экуменического движения и масонского Всемирного Совета Церквей (ВСЦ). Однако либерально-обновленческая группировка наших доморощенных экуменистов, тесно связанная с Западом и с буйными "реформаторами" в Кремле, опять сумела заблокировать все эти назревшие решения.
Не зря видно, старший брат "отца приватизации" - И.Чубайс - выступая по каналу НТВ 13.03.1997., призвал к принудительному насаждению экуменизма в рамках создаваемой властями "новой русской идеи". Для этого предполагается "навести мост между ветвями христианства", т.е. растворить Божественные Истины православного вероучения в еретических мудрствованиях западных сект, а Русскую Православную Церковь - "вписать в другие конфессии". Либеральные юристы уже видят в противосектантской работе "состав преступления" и некое "оскорбление религиозных чувств граждан", угрожая православным "строгой уголовной ответственностью" ("Русская мысль" ? 4165, специальное приложение "Церковно-0бщественный вестник" ? 11). Похоже, нынешние хозяева Кремля пытаются любым путем не допустить разрыва Русской Церкви с мировым экуменизмом, этой неотъемлемой частью "нового мирового порядка".
В то же время после Собора 1994 года серьезно ухудшилось международное положение Русской Православной Церкви. Произошло это главным образом из-за захватнических действий в Прибалтике и на Украине Константинопольского (т.н. "Вселенского") Патриархата, давно ставшего своего рода непрошеным опекуном любого раскола в православном мире и признанным лидером "православного экуменизма".
Напомним, что экуменическое движение, декларирующее своей главной целью объединение всех вер в общую "универсальную религию", выросло из международной масонской организации YMCA ("Христианской ассоциации молодых людей"). Название весьма любопытное - ведь большинство масонских лож Запада, а вслед за ним и их русских аналогов именуются как раз "ассоциациями", или "клубами". Уже в 1952 году YMCA располагала по всему миру десятью тысячами отделений с четырьмя миллионами членов.
Основатель этой разветвленной структуры, генеральный секретарь YMCA и одновременно почетный президент Всемирного Совета Церквей Дж.Мотт (1865-1955) был скорее политиком и дипломатом, нежели религиозным деятелем. На протяжении долгих лет Мотт много раз выполнял наиболее щепетильные поручения президентов США, в том числе и в России в 1917 году. Неудивительно, что президент Вильсон назвал Мотта "наиболее полезным человеком в мире".
В феврале 1990 года YMCA объявила о создании в крупнейших городах СССР центров "для подготовки (молодежи - Н.С.) в стиле западного управленческого аппарата". Показательно, что Вселенский Патриарх Афинагор Спиру (1948-1972), член YMCA с 1910-х гг., еще несколько десятилетий назад заявил, что его главная мечта - содействовать наступлению того дня, "когда народы посмеются над своими гордыми лозунгами, национальными гимнами" и соединятся в рамках единой "всемирной республики". Видимо, экуменическая "универсальная религия" и должна послужить идеологическим основанием этого богоборческого проекта.
Еще более откровенно высказался известнейший американский экуменист протоиерей Иоанн Мейендорф, уже при жизни ставший кумиром религиозных либералов в России. Мейендорф утверждал, что "общепринятые ныне представления о том, что единственно правильная общественная система - это национальное государство, не верны". Он призывал подумать над тем, что, возможно, "национальные государства все же могут жить в единой политической структуре". И вот сегодня мы дожили до того дня, когда под прицелом НАТОвских пушек такую "единую структуру" Запад пытается навязать России.
Казалось бы, учитывая все сказанное, вопрос о том, стоит ли Московской патриархии оставаться в составе ВСЦ, звучит риторически. И тем не менее, Архиерейскому Собору 1997 года была навязана лукавая формулировка, согласно которой очевидное решение о выходе из этой масонской структуры надо сперва обсудить на "всеправославном уровне". Принимая во внимание давно произошедшее внутри православного мира разделение из-за отношения к ереси экуменизма, невозможно понять, с кем именно мы должны советоваться, решая дилемму - выходить из ВСЦ или же не выходить?
Такое требование кажется тем более странным, ибо у нас перед глазами есть хороший пример: в мае этого года Грузинская Православная Церковь безо всяких "всеправославных обсуждений" приняла самостоятельное решение о выходе из ВСЦ.
При этом следует подробнее остановиться на, казалось бы, загадочной любви мировой закулисы и правящих кругов США к вымирающей Вселенской Патриархии - ярой стороннице экуменической ереси. Ее административный центр находится в старинном квартале Фанар, представляющим собой маленький пятачок в южной части европейской половины Константинополя (Стамбула). Вся паства фанариотов составляет, по разным оценкам, от трех до четырех тысяч человек, но именно Фанар американская печать почему-то торжественно именует "традиционным и символическим центром мирового Православия" ("Интернешнл геральд трибюн", 29.02.1996).
Сам титул Фанарского первоиерарха - "Святейший Архиепископ Константинополя - Нового Рима и Вселенский Патриарх", сохраняя церковно-исторический смысл, давно утратил всякое каноническое, и уж тем более - практическое значение. Первая часть титула - "Архиепископ Константинополя - Нового Рима" - указывает лишь на то, что епископская кафедра предшественников нынешнего "Вселенского" патриарха находилась когда-то в столице Восточно-Римской империи (Византии). В знак преемства императорской власти город, основанный в 330 г. от Рождества Христова св. Константином Великим, был прозван "Новым Римом" в отличие от прежнего, "старого" Рима на Апеннинах.
Вторая же часть титула "Вселенский Патриарх" ("Икуменикос Патриархис" в греческой транскрипции) - закрепилась за архиепископами Константинополя в VI-VIII вв. "Икуменикос Патриархис" считался как бы первенствующим архипастырем в "икумене" - византийском мире, "обитаемой земле" древней империи.
Но в сознании православных людей пышность титула никогда не означала непогрешимости. Более того, история знает много обратных примеров. Так, в начале IХ века св.Феодор Студит прилюдно отказался признавать тогдашнего Вселенского Патриарха-еретика Феодота Касситераса. Позднее, в 842 г. от Р.Х., накануне окончательного падения иконоборчества и установления праздника Торжества Православия православные потребовали немедленной отставки фанатика-еретика Иоанна VII A?aiiaoeea, iinea iecei?aiey aa?a битого плетьми за богохульство и ересь.
Наконец, сама автокефалия (т.е. полная независимость) Русской Церкви, провозглашенная в 1448 году, стала возможной только благодаря стойкому неприятию нашими предками мнимого авторитета Вселенских Патриархов, впавших в унию с католицизмом. Но сегодня зарубежные и доморощенные экуменисты с одинаковым упорством снова навязывают нам этот вымышленный авторитет, подменяя стремление к соборному общеправославному единству совсем иной целью - "достижением в Европе и особенно на неспокойных Балканах стабильности под эгидой Вселенского Патриархата" (из послания бывшего премьер-министра Греции М.Мицотакиса Патриарху Алексию II от 8.08.1994).
Упорное стремление Фанара отстоять свои мифические "особые права" на главенство над всем православным миром получило, по меткому определению известного знатока церковного права профессора А.С.Павлова (+1899), наименование "теории восточного папизма". Стоит ли говорить, что свой основной удар эта лживая "теория" наносит сегодня как раз по Русской Церкви - единственной, еще способной противостоять пагубному процессу мирового вероотступничества!
Формальным предлогом для своего беззастенчивого вмешательства в дела как Русской, так и других Православных Поместных Церквей властители Фанара избрали 9, 17 и 28-е правила IV Вселенского Собора в Халкидоне (451 г. от Р.Х.). Собор, разбирая назревшие вопросы высшего церковного управления, закрепил сложившееся к середине V века преобладание столичного архиепископа a трех "великих областях" (т.н. диоцезах) Византии - Асийском, Понтийском и Фракийском.
Каждый такой диоцез состоял из ряда епархий-митрополий, а они - из более мелких епископий. Асийский диоцез располагался в юго-западной части Малой Азии; Понтийский - тянулся на восток от Константинополя по Черноморскому побережью (с некоторыми внутренними районами Малой Азии); наконец, Фракийский диоцез лежал непосредственно к западу от византийской столицы (собственно в Европе).
К середине V aaea aeioacu iinoaiaiii ioмирали, а значение столичного архиерея, напротив, возрастало. Вот почему Халкидонский Собор разрешил (28-е правило) архиепископу Константинополя рукополагать митрополитов в этих трех диоцезах, предоставив тем не менее (9 и 17 правила) епископам и клирикам право выносить спорные дела на суд или "экзарха великой области" (т.е. экзарха диоцеза), или столичного архиепископа.
И вот на основании этих решений уже в ХХ веке теоретики "восточного папизма" провели воображаемую черту из Константинополя на север - и все Поместные Церкви, находящиеся к востоку от этой невидимой грани (Русскую Церковь в том числе), отнесли к давно исчезнувшему Понтийскому диоцезу; все же, что лежит к западу (Сербская, Болгарская Церкви), - к Фракийскому диоцезу. А раз все так просто, то достаточно сыскаться где-либо кучке авантюристов, называющих себя православными и жалующихся о своей горькой судьбе, чтобы Фанар вмешался в чужие дела под благовидным предлогом исполнения 9, 17 и 28 правил Халкидонского Собора (так произошло, например, с Эстонской епархией РПЦ 20.02.1996 года).
К сожалению, у фанариотов есть единомышленники в самом Московском Патриархате. Это - многочисленные выдвиженцы и ученики основателя либерально-обновленческого крыла русского епископата митрополита Никодима Ротова (1929-1978). Не зря, видно, один из столпов современного экуменизма и видный деятель YMCA греческий профессор Г.Аливизатос был личным другом Никодима Ротова и даже стал почетным доктором Московской Духовной Академии (1962 г.).
Куда может завести Русскую Православную Церковь такая дружба, хорошо видно из следующего примера. Нынешний Вселенский Патриарх и почетный председатель греческой YMCA - Варфоломей I Архондонис в бытность свою еще простым архимандритом написал диссертацию, составляющую поистине "государственную тайну" экуменистов Европы. Достаточно сказать, что в подробной официальной биографии Варфоломея I ("ЖМП", 1992, ? 2, официальная часть, сс.12-13) эта диссертация вообще не упоминается в списке научных трудов Патриарха.
Такая секретность не удивительна - в этой диссертации Варфоломей, благодаря за помощь ректора папского Восточного института И.Жужека, развертывает целую программу по "пересмотру церковного законодательства" и разрушению канонических основ православного церковного бытия. Примечательно, что с этим Жужеком, равно как и генералом ордена иезуитов П.Аррупе, в те же самые годы поддерживал самые тесные отношения митрополит Никодим Ротов, совершавший вместе со своим молодым наперсником Кириллом Гундяевым (тогда еще иеромонахом) постоянные "паломнические" поездки в Ватикан.
В связи с этим неудивительно, что, в сентябре 1991 года, на швейцарском совещании "Православные Церкви и ВСЦ", Варфоломей Архондонис и Кирилл Гундяев (оба - уже митрополиты) приняли совместное заявление о том, что "православное участие в экуменическом поиске единства христиан требует постоянного очищения Православия".
От чего же собрались "очищать" Святое Православие швейцарские "братья" вкупе с Вселенским Патриархом и митрополитом Кириллом? Очевидно, что они собираются избавляться от столь мешающего им церковного права, тем более, что в 6-й главе своей "секретной" диссертации Варфоломей прямо призвал к "созданию новых канонов"! Эти-то новые каноны, как видно, и призваны узаконить вероотступничество современных экуменистов и обновленцев.
Единственной силой, способной предотвратить этот гибельный процесс, является сам народ церковный в его соборной полноте. Каждый из нас должен осознать: сегодня именно от нашей верности святыням отцов зависит дальнейшая судьба Русской Православной Церкви, а значит - и судьба Русского Возрождения в целом! Аминь.


Русский мир

ПРАВОСЛАВИЕ И РУССКАЯ ЭКОНОМИКА
Александр БУРКИН

Нынешнему поколению русских людей довелось жить в сложное время. Развал великой державы породил массу проблем, противоречий и конфликтов. Первоначально крушение богоборческой коммунистической власти, восстановление естественного права частной собственности, возвращение русской государственной символики и многие другие изменения в жизни страны вызвали прилив общественного энтузиазма. Народ жаждал перемен, стремился к ним. Однако надежды на перемены к лучшему не оправдались.

Сегодня только слепой не видит, что разрекламированные "реформы" на деле оказались лишь прикрытием для грандиозного передела собственности, для беспощадного ограбления большей части населения. В чем же причины всех этих бед? Для православного человека очевидно: главная причина лежит в области религиозной, духовной, а практически говоря - в особенностях мировоззрения тех, кто взялся за реформирование России. Их, увы, можно с полным основанием уподобить не "мужу благоразумному, который построил дом свой на камне", но "человеку безрассудному, который построил дом свой на песке" (Мф. 7:24,26). Опыт последних лет показывает: нынешние горе-реформаторы с маниакальным упорством пытаются построить дом "новой России" на пепелище национальных русских святынь, на развалинах десятивековой российской истории, на песке совершенно чуждых нашему народу идеалов и ценностей.
А между тем православные принципы организации экономики нашли свое органичное воплощение во всей истории русского народа. Следы этого мы можем обнаружить и в отечественной экономической мысли, и в русской хозяйственной практике, и во всем укладе традиционной народной жизни.

РУССКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ

Уже святой благоверный великий князь Владимир Мономах (+ 1125) в своих поучениях сыновьям демонстрирует глубокое понимание труда как нравственного долга человека пред Господом. "Бога ради, не ленитесь, молю вас, - взывает он, - малым делом можно получить милость Божию... Добро же творя, не ленитесь ни на что хорошее, прежде всего к Церкви: пусть не застанет вас солнце в постели".
Преподобный Иосиф Волоцкий (+1515), который известен как сторонник активного социального служения Церкви, выступавший за расширение монастырского землевладения, выступал одновременно поборником социального мира и общенациональной солидарности. В одном из своих посланий он так вразумлял дмитровского князя: "Будьте добры к пахотным крестьянам своим. Чем более станете вы понуждать земледельца к работе на вас и насильно отнимать его стяжание, тем скорее он придет в убожество... А когда крестьянские поля запустеют, не понесет ли ущерб сам господин усадьбы за убыль, сделанную крестьянину?.. Дающий же пахарю льготу, возделает заросшие поля. Без господского насилия исполнив свои работы, крестьянин будет стараться для господина: сытый сам, без недоимки отдаст оброк".
Важной вехой в развитии русской экономической мысли стало произведение XVI в. "Домострой". "Домосторой" учит видеть во всяком труде не просто способ удовлетворения потребностей, но деяние "Богу в честь". А потому начинать всякое дело нужно с телесного и душевного очищения: "руки начисто вымыв" и молитву произнеся. Тогда во всяком деле "Божья милость поспешествует, ангелы незримо помогают, а бесы исчезнут". Всякая работа и даже потребление пищи имеет поистине величественный и степенный характер. Они должны совершаться "с молитвой и с доброй беседой или в молчании". Ежели сопровождаются они "словом праздным и непристойным", ропотом, смехом или кощунством, то "от такого дела и от такой беседы Божья милость отступит, ангелы отойдут в скорби, и возрадуются бесы" - "и вот уже дело, еда и питье не спорятся, и каждое ремесло и всякое дело не по-Божьи совершается".
Природа богатства стала предметом размышлений И.Т.Посошкова (1652-1726) в книге "О скудости и богатстве". В отличие от западной позитивистской традиции русский экономист и предприниматель видит в богатстве неразрывную связь вещественных и невещественных (духовно-психологических) факторов. Он подчеркивает первичность невещественного богатства: "Паче же вещественного богатства надлежит всем нам обще пещися о невещественном богатстве, то есть о истинной правде; правде же - отец Бог, и правда вельми богатство и славу умножает, и от смерти избавляет; а неправде отец диявол, неправда не токмо вновь не богатит, но и древнее богатство оттончевает, и в нищету приводит, и смерть наводит".
Еще один практик-хозяйственник, крупнейший русский предприниматель и банкир В.А.Кокорев (1817-1889) писал на закате своей жизни о том же: "Не политико-экономические витийства, не парламентские хитросплетенные речи и не разновидные конституции дадут нам разум для благоустройства и возвеличивания России, а живущее в простых сердцах Слово Божие. То - единое то - наставит нас на путь Истины и Правды". И Посошков, и Кокорев ясно понимали то, что атеистическая экономическая мысль начинает сознавать только сейчас, - духовность и нравственность человека есть такой же фактор трудовой деятельности, как орудия и предметы труда, даже более важный.
После отмены крепостного права остро встал вопрос о будущем сельской общины, в обществе развернулась широкая дискуссия. Славянофилы подчеркивали самобытность общины, ратовали за ее сохранение. Радикальные западники считали ее тормозом на пути экономического развития. Тем весомее звучит мнение одного из вождей умеренного русского западничества, известного мыслителя К.Д.Кавелина (1818-1885). Будучи глубоким знатоком общины, он считал: "Личная собственность становится началом гибели и разрушения, когда не будет умеряема другим организующим началом. Такое начало я вижу в нашем общинном владении, приведенном к его юридическим началам и приспособленном к более развитой и граждански самостоятельной личности... Общинное владение предназначено быть великим хранилищем народных сил".
В общинной и артельной формах ведения хозяйства видел огромное преимущество России великий русский ученый Д.И.Менделеев (1834-1907). Он писал: "В общинном и артельном началах, свойственных нашему народу, я вижу зародыши возможности правильного решения в будущем многих из тех задач, которые предстоят на пути при развитии промышленности и должны затруднять те страны, в которых индивидуализму отдано окончательное предпочтение, так как, по моему мнению, после известного времени предварительного роста скорее и легче совершать все крупные улучшения исходя из исторически крепкого общинного начала, чем идя от развитого капитализма к началу общественному".
Необходимость самодостаточного хозяйства-автаркии для России отстаивал крупнейший публицист начала ХХ в., расстрелянный интернационалистами после захвата власти, М.О.Меньшиков (1859-1918). "Все организмы замкнуты, - писал он, - и только при этом условии возможно здоровье и полнота сил. Раз в самой стране тратится все, что в ней приобретается, получается круговорот сил и жизненное равновесие. Можно даже сказать, что если богатство тратится в своей стране, то оно не тратится вовсе, а в общей сумме только накапливается". Меньшиков ратовал за развитие обрабатывающей промышленности, против превращения России в сырьевой придаток индустриально развитых стран мира.
Крупнейший вклад в критику идей экономического материализма, в философское обоснование хозяйственной деятельности внес известный философ и богослов о. Сергий Булгаков (1871-1944). Он утверждал, что "преследуя цель экономического оздоровления и обновления России, не следует забывать и о духовных его предпосылках, именно о выработке и соответствующей хозяйственной психологии, которая может явиться лишь делом общественного самовоспитания". Коренную этическую норму Православия, отличающую его от кальвинизма, Булгаков сформулировал как "хождение перед Богом с мыслью об ответственности перед Ним".
Задаче обоснования частной собственности уделил внимание крупнейший русский философ и политолог ХХ в. И.А.Ильин (1883- 1954). Опираясь на православное понимание собственности, он выступал против наиболее влиятельных антисобственнических учений современности: коммунизма и толстовства. "Задача не в том, - писал мыслитель, - чтобы на земле от праведности угасло хозяйство и с ним культура и человечество (Будда, Толстой). Но задача не состоит и в том, чтобы хозяйство стало самодовлеющей силой человеческой жизни, поработило людей и погасило - и справедливость, и нравственное существо человека (коммунизм). Разрешение проблемы состоит в том, чтобы сочетать строй частной собственности с "социальным" настроением души: свободное хозяйство с организованной братской справедливостью". Отмена частной собственности, считал Ильин, есть "безбожная и нелепая затея". Тот, кто хочет это сделать, "тот должен сначала "переплавить" естество человека и слить человеческие души в какое-то невиданное коллективно-чудовищное образование". Такой строй будет строем "хозяйственных кастратов".
В разгар смутного времени начала ХХ в. с вразумлениями о смысле понятий труда и собственности к русскому обществу обратился свмч. Владимир, Митрополит Киевский и Галицкий (+ 1918). Истоки различного понимания труда Владыка Владимир видел в религии. Языческий взгляд считает его неизбежным злом, который унижает свободного человека. Поэтому физический труд - удел рабов; свободного человека достоин лишь труд умственный. Марксизм, наоборот, выказывая притворное уважение к физическому труду, демонстрирует полное неуважение к умственному. Отсюда недоверие и нелюбовь к образованным людям. И только для христианства всякий праведный труд почетен и достоин уважения. "Работа не со времени грехопадения сделалась уделом человека. Нет, человек, как только вышел из рук Творца, еще в раю, назначен был не для пользования только этим раем, но и для возделывания его".
Неверие и вера порождают совершенно противоположные воззрения на труд, утверждал свмч. Владимир. Для неверия труд - "не высший нравственный долг, в исполнении которого каждый обязан давать отчет", а "долг необходимости, которого нельзя избежать". Поэтому, человек бросает труд, "как только убеждается, что ему можно жить без труда и работы". Это происходит потому, что "неверие не признает и отвергает всякое высшее назначение человека; оно ничего не ставит для него выше земного и чувственного счастья и на землю указывает ему, как на единственное место, где только и может он рассчитывать на достижение счастья, именно когда будут удовлетворены его честолюбие, корыстолюбие и страсть к удовольствиям". В результате, когда все мысли, чувства и желания людей "направлены только на землю с ее радостями и благами, то какое недовольство своей участью должно тогда наполнять их сердца". Именно неверие порождает ненависть и зависть к богатым в сердцах бедных. Именно неверие порождает в сердцах богатых скупость, отношение к рабочим как к рабам и слугам, стремление исключительно к барышам.
Вера смотрит на труд как на нравственный долг. Рабочий для хозяина - равноправный брат, к которому должно относиться с любовью и полной справедливостью, заботиться о его духовных и телесных нуждах, поучал Митрополит-Новомученик. Вера учит, что "каждый человек необходимо должен трудиться и работать или силою ума или силою своего тела, и только трудом он может приобретать себе собственность и насущный хлеб".
Столь же противоположны взгляды на собственность с точки зрения веры и неверия. Неверие учит, что человек имеет неограниченное право пользования земными благами, как своей собственностью. А поскольку он "не признает всемогущества Бога, то, он - бог своей собственности, которая есть средство для удовлетворения растущих страстей".
Вера учит, что земные блага принадлежат Творцу, Он - полный и истинный их владетель. "Но Бог предоставил человеку право пользоваться этими благами земли, и в этом только смысле человек имеет на них право", - в полном согласии с Отцами Церкви разъяснял Владыка. Более того, именно православная вера вместо ложного коммунизма "учит нас истинному коммунизму. По этому учению блага земли должны давать средства к жизни всем людям... Отсюда христианская вера вменяет в обязанность богатым смотреть на свое имущество, как на достояние всех, дабы они готовы были делиться им с другими своими собратьями, в случае их нужды".
Таким образом, русская экономическая мысль развивалась в русле евангельского и святоотеческого понимания хозяйственной деятельности, стремилась к разработке экономической модели, основанной на православных принципах ведения хозяйства.

ХОЗЯЙСТВЕННАЯ ПРАКТИКА

В практической жизни православные принципы хозяйствования нашли свое воплощение в издревле распространенных на Руси общинной и артельной формах. Артель - "исключительно русская форма хозяйственной самоорганизации и самоуправления" - являлась своеобразной хозяйственной разновидностью православного братства.
Но наиболее полно православные основы экономики воплотились в хозяйственной деятельности монастырей. Огромную роль сыграли монастыри и в деле объединения русских земель вокруг Москвы, что привело к созданию единого общероссийского рынка, развитию промышленности и сельского хозяйства. Без монастырей невозможно себе представить освоение северо-восточных территорий страны. "Продвигаясь из давно обжитой киевской области в холодный лесной край, - пишут современные исследователи, - монахи, как правило, вместе с теплом и светом Христовой веры несли и неизвестные доселе земледельческие культуры, и новые агротехнические приемы".
Монастыри вплоть до начала XVIII в. были существенным элементом народного хозяйства страны. Они являлись крупнейшим землевладельцем. Причем есть все основания утверждать, что производительность труда в монастырских вотчинах была выше, чем в дворянских поместьях. При том, что монастырям принадлежало около одной трети всей обрабатываемой земли, за ними числилось лишь около 13,3 % крепостных, т.е. большее количество земли обрабатывалось меньшими силами. Монастыри способствовали развитию промышленности: при них существовали различные мастерские, а при крупнейших даже заводы (кирпичный при Иосифо-Волоколамском, свечная фабрика при Троице-Сергиевой Лавре). Зачастую они становились центром торговли, у их стен проводились ярмарки.
Только теперь начинаем мы осознавать, сколь экологичной была хозяйственная деятельность монастырей. Обители демонстрировали способность вести хозяйство в координатах оптимального природопользования. "Экологически целесообразно обустраивали свое хозяйство соловецкие монахи-труженики, - считает современный исследователь, - преобразовав жизнь не только на территории монастыря, но и на всем острове. Чуждые варварской идее "борьбы" с природой, они постоянно совершенствовали взаимоотношения с ней и поэтому не разрушали, а гуманизировали ее, используя естественные перепады высот, многообразие ландшафтов и растительности, особенности гидрографии и исходя из тех строительных материалов, которые им могла предоставить местная природа. Смелый инженерный поиск сочетался здесь с постоянным желанием максимально использовать природные возможности, не нарушая хода естественных процессов".
Трудно не согласиться и с таким выводом: "Форма хозяйствования русского монастыря в полной мере может быть использована в качестве модели при проектировании экологически устойчивых социально-экономических систем". Такое экологическое поведение монахов происходило из целостности их сознания, из понимания, что нельзя разрушать сотворенную Богом природу. Им был чужд нигилистический девиз Базарова: "Природа не храм, а мастерская, и человек в ней работник".

ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ЭТОС РУССКОГО НАРОДА

Православием пропитана вся трудовая и хозяйственная этика русского народа. Оно веками воспитывало в русском человеке любовь и уважение к труду. Трудолюбие, способность к систематическому и кропотливому труду - одна из характерных особенностей нашего народа.
Дух нестяжательства - неотъемлемая черта русского хозяйственного духа. Причем, это не то нестяжательство, которое проповедовал в духе буддизма Лев Толстой и которое вело к угашению хозяйства, а с ним и культуры, и низведению жизни человека на растительный уровень. Идеал аскетизма созерцательного сочетался у русского народа с идеалом аскетизма самоотверженного труда, стяжания благ земных ради помощи ближнему. Ярким свидетельством этому является сосуществование в сонме святых нашей Церкви таких противоположных и взаимодополняющих лиц, как преподобные Нил Сорский и Иосиф Волоцкий.
Широкое распространение артельных форм ведения хозяйства во всех сферах экономической жизни, столь характерное для России, свидетельствует о приоритетности общественных ценностей в русском менталитете. В этом проявлялось соборное мироощущение - одно из фундаментальных свойств русской души.
В хозяйственных отношениях доминировал культ честной конкуренции. Для православного человека успех предприятия, размер полученной прибыли еще не являлись свидетельством богоугодности дела. Неслучайно, девизом одной из крупнейших дореволюционных газет "Биржевые ведомости" были слова: "Прибыль превыше всего, но честь превыше прибыли".
Доверие, происходящее как раз от веры, являлось нормой отношений предпринимателей. Сделки между купцами зачастую заключались посредством честного слова, которое скреплялось отнюдь не подписью и печатью, а крестным знамением. Исключительно на доверии было основано предоставление кредитов. "Не случайно, - пишут современные исследователи, - в то время слова "вера" и "кредит" были синонимами. Примечательно и то, что первостепенное значение имел именно беспроцентный кредит".
Широкое распространение имела щедрая благотворительность как воплощение заповеданной Спасителем милостыни. Ею занимались монастыри, помогавшие населению во время неурожаев, эпидемий и других бедствий, призревавшие больных и одиноких, воспитывавшие детей-сирот. Известна благотворительность русских меценатов: Бахрушиных, Третьяковых, Медведникова и др.
Дух соборности воплотился и в особом типе отношений, который зачастую существовал между работодателем и работниками. Это был по сути тип семейных отношений. Работодатель видел в работнике брата во Христе, "сораба по религии", как выражался один из Отцов Церкви Лактанций. Представление об этих отношениях дают произведения русской литературы. В романах И.С.Шмелева "Лето Господне", И.А.Бунина "Жизнь Арсеньева", которые, в определенной мере, можно назвать воспоминаниями, замечательно показан именно такой тип отношений в торгово-промышленном и аграрном предприятии.
Были, конечно, и Салтычихи, но они являлись исключением, а не правилом, поэтому и получили такую известность. В московской торгово-промышленной среде, например, бытовала поговорка: "От нас уходят только когда помирают". Такой тип отношений являлся залогом социальной стабильности традиционного русского общества. Именно его разрушение в значительной мере предопределило трагизм русской истории последнего столетия.


Краткие сообщения

БЛАГОТВОРНЫЙ ПРЕЦЕДЕНТ

Недавний выход Грузинской Православной Церкви из Всемирного Совета Церквей - хороший пример для Московской Патриархии, которая никак не может решиться на этот шаг. Когда экуменическое лобби на Архиерейском Соборе в Москве в феврале этого года всеми правдами и неправдами протаскивало решение о необходимости "всеправославного обсуждения" проблемы выхода из ВСЦ, его сторонники, видимо, не предполагали, что антиэкуменические настроения в православном мире вскоре получат столь наглядное подтверждение.
События в Грузии начались с того, что настоятели четырех крупнейших монастырей заявили, что "прекращают общение с Патриархом Илией II из-за его экуменической ереси". Вскоре к требованию монахов присоединились и приходские священники, обратившиеся к Илие II с просьбой "не раздирать расколом хитона Церкви Христовой" и выйти из ВСЦ.
В связи с этими событиями было созвано экстренное заседание Священного Синода, на котором священноначалие Грузинской Православной Церкви приняло решение удовлетворить все требования монахов и выйти из Всемирного Совета Церквей и Конференции Европейских Церквей. В постановлении Синода говорится, что главная причина такого решения - "продолжающиеся усилия руководства ВСЦ придать этой организации единые экклезиологические функции", а проще говоря, превратить это еретическое сборище в фундамент для создания некоей "Мировой Церкви".
Не повторится ли подобное развитие событий и в России? В значительной мере это будет зависеть от того, как поведет себя теперь патриарх Алексий II. "Очевидно одно, - печалятся наши отечественные либералы, - после победы монахов в Грузии антиэкуменические выступления других Церквей станут более активными" ("НГ-религии" ?5, 1997). Да, теперь делать вид, что в Русской Православной Церкви "такой проблемы нет", будет гораздо сложнее. А ведь на что только не шли ради этого наши экуменисты!
Так, в своем докладе Архиерейскому Собору митрополит Филарет (Вахромеев) просто-напросто скрыл от собратий-епископов, что на заседании Синодальной богословской комиссии 6-7 февраля 1997 года часть членов комиссии потребовала, "чтобы участие представителей РПЦ в межхристианском диалоге, а также в работе международных христианских организаций эволюционировало бы к статусу наблюдателей". Эти предложения, под которыми стоят собственноручные подписи двух архиереев - еп. Августина и еп. Евгения, а также других членов комиссии - даже не были доведены до сведения собравшихся на Собор архипастырей!
Интересно, какие аргументы станут предлагать нам экуменисты теперь, после того, как Грузинская Церковь доказала, что подобные вопросы можно решать очень просто и без всяких "всеправославных обсуждений"?

БЕСПОЧВЕННЫЕ ПРЕТЕНЗИИ
Активизация международной деятельности константинопольского патриарха Варфоломея должна, по мысли его ближайших сотрудников, подтвердить претензии этого иерарха (известного своими обновленческими и экуменическими симпатиями) на роль "духовного главы Вселенского Православия". В таком своем стремлении Варфоломей опирается на мощную поддержку мировой закулисы, откровенно заинтересованной в "обновлении" Поместных Православных Церквей и подавлении "реакционных, фундаменталистских" тенденций в современной церковной жизни.
В частности, достигнута договоренность о том, что в октябре 1997 года патриарх Варфоломей посетит с двадцатидневным визитом Соединенные Штаты Америки. В ходе этого длительного визита запланированы встречи Константинопольского патриарха с президентом Клинтоном, руководителями американского конгресса, "ведущими политиками и деловыми людьми". Если не предполагать, что эти неназванные "ведущие политики" делают ставку на Варфоломея как на иерарха-обновленца, способного расколоть и ослабить Вселенское Православие, то трудно понять, почему архиерей, реально контролирующий паству числом всего в несколько тысяч человек, удостаивается столь пристального внимания и теплого приема на самом высоком уровне.
Такую точку зрения подтверждают и недавние заявления некоторых высокопоставленных православных иерархов в Америке. Например, архиепископ Спиридон, глава греческой архиепископии в США, обратился к сессии епархиального совета со специальным посланием. По сообщению агентства "Метафрасис", в нем говорится, что "сегодня Вселенский (Константинопольский) патриархат, находящийся в точке соприкосновения Востока и Запада, сильнее, чем когда-либо раньше, играет свою роль мирового духовного лидера".
Архиепископ особо подчеркнул необходимость единства Церкви "независимо от конфессий, этнической принадлежности, культурных или семейных уз". Ведущая роль в реализации этого экуменического идеала, по словам владыки Спиридона, принадлежит Америке "ввиду ее общего лидерства на международной арене и наличия у нее необъятных людских и материальных ресурсов". Сам архиепископ вошел в состав Консультативного комитета при Государственном департаменте США, созданном для "наблюдения за свободой совести во всем мире".
Учитывая ту провокационную роль, которую играет патриарх Варфоломей в церковных расколах на канонической территории Русской Православной Церкви, его попытки стать "православным Папой" не могут не вызывать тревоги. При этом особенно печально, что такого рода претензии до сих пор не получили никакой оценки со стороны священноначалия Московского Патриархата.

КАТОЛИКИ АКТИВИЗИРУЮТСЯ
Ватикан приступает к распространению в России нового католического катехизиса. При этом глава "Конгрегации по вероучению" кардинал Ратцингер "с благодарностью отметил помощь патриарха Алексия II", предоставившего кардиналу, по его словам, "некоего известного православного богослова" для содействия в переводе катехизиса. После этого неудивительно, что архиепископ Литовский Хризостом (Мартишкин) еще в прошлом году, посещая Каунасскую католическую семинарию, пожелал семинаристам "постоянства в вере и мужества в свидетельстве о Христе".
Между тем нравственное состояние католической паствы на Западе продолжает ухудшаться. Так, газета "Suddeutsche Zeitung" сообщает, что в американских штатах Миссисипи и Луизиана прихожане вынуждены во время службы скрытно наблюдать, чтобы причащающиеся действительно потребляли облатку. Священники опасаются, что сатанисты, имеющиеся среди прихожан, похищают облатки с целью осквернения их во время своих "черных месс".

СТРАТЕГИЯ США В ОТНОШЕНИИ РПЦ УЖЕСТОЧАЕТСЯ
Соединенные Штаты вырабатывают стратегию по ограничению влияния Русской Православной Церкви на положение дел в России. Еще в 1993 году, когда российский Верховный Совет принял закон о свободе совести, затрудняющий деятельность иностранных миссионеров, президент США был одним из первых, кто выразил резкий протест против такого ограничения.
В феврале 1997 года, когда Государственный секретарь США Мадлен Олбрайт посетила Россию, одной из главных целей ее визита к Патриарху Алексию II было изучение готовности Московской Патриархии "соблюдать провозглашенный правовыми государствами принцип равноправия всех религиозных общин перед законом". А недавно газеты заявили о том, что госпожа Олбрайт придерживается "идеи Бжезинского, предполагающей, что вопрос о свободе вероисповеданий в России должен использоваться для давления на политический и экономический курс страны" ("Православная Русь ?5, 1997).

ОТКРОВЕНИЯ ВСЕМИРНОГО СОВЕТА ЦЕРКВЕЙ
По сообщениям из Русской Православной Церкви Заграницей, Всемирный Совет Церквей разработал проект своего нового программного документа. В соответствии с ним, все Церкви, входящие в ВСЦ, признают, что им еще предстоит создать общую "церковь" с видимым единством, общим крещением, одной евхаристией и единым богослужением. Интересно было бы узнать, как все это согласуется с постоянными заявлениями генерального секретаря ВСЦ Конрада Райзера о том, что "экуменизм не влечет за собой богословского, литургического или обрядового компромисса"?

Конец, и Богу Слава!